Мы снова поехали. Ксюша молчала. Я прикончила вторую банку пива, не чувствуя вкуса, только ледяной холод напитка.
- Одно мне скажи, - первая прервала наше молчание Ксюша. – Не зря?
Я мотнула головой, у меня стали стучать о банку зубы. Я вдруг сообразила, что мое мотание головой может трактоваться не совсем однозначно, и просипела:
- Не зря. Только, - я сделала еще один долгий глоток, чувствуя, как ледяная жидкость стекает вниз. Одно несомненное достоинство у пива, купленного в дачном магазинчике, было – охладили его на совесть. – Только, Ксюш, я не могу тебе подробностей рассказать. И не проси показывать то, что я… - я не смогла договорить и снова приложилась к банке. Такими темпами мне купленного щедрой Ксюшей до города не хватит.
- Боже сохрани, - в отличие от меня Ксю была само спокойствие. – Да будешь пытаться показать – глаза закрою. Некоторые вещи лучше не видеть.
Я промолчала. Докончила банку пива и открыла следующую.
- Ты мне анекдот обещала. Про поручика и малиновые косточки. И еще другой - про однорукого повара.
Мы встали на светофоре. Ксюша повернула голову и просканировала меня взглядом темных глаз.
- Ладно, - вынесла она вердикт после осмотра. – Настало время удивительных историй. Слушай.
Сначала я хохотала как умалишённая. А потом так же рыдала. Все эти мои милые шалости Ксюша снесла молча.
Зато пива мне больше не хотелось.
Решалась я два дня. На то, чтобы только посмотреть.
Как же мне от этого стало дурно. Так дурно, что я тут же все удалила. На кухне обнаружилась початая бутылка коньяка. Я в первый раз в жизни пила коньяк из горла. Я вообще в последнее время многое делала в первый раз в жизни. Ощущение бутылочного горлышка между губ напомнило другие, но в чем-то схожие впечатления.
Я звякнула бутылкой о стол. Одновременно пиликнул телефон. Это пришло сообщение от мамы, с отчетом об урожае и предупреждением, что завтра папа с утра заедет, привезет мне даров природы.
Я села напротив бутылки коньяка – это папин коньяк, между прочим! – и обхватила голову руками.
Дорогие родители, ваш ребенок спивается. Катастрофически быстрыми темпами. Я еще посидела в компании коньяка, потом убрала его на место. Взяла телефон и восстановила удаленное.
Потому что поздно праздновать труса. И поворачивать назад поздно. И глупо.
На то, чтобы отправить эти файлы Валерии, я решалась еще два дня. Основную часть этого времени я тупила на тему того, как сделать это анонимно. Пока в переходе метро меня не осенило. Я купила с рук симку, вставила ее в свой телефон и, не дав себе ни секунды на сомнения или размышления, отправила ролик Валерии. А после прикончила папин коньяк, закусывая его мамиными огурцами – и вырубилась. Коньяк и огурцы – это сочетание на все времена, ибо…
Ибо следующий день у меня задался бодро с самого утра.
Первой мне позвонила Ольга Аркадьевна. Увидев входящий от матери Данила, я, естественно, подумала, что каким-то образом она знает, что я вчера сделала. Поэтому приветственное «Алло» я прошептала.
- Добро утро. Простите, Лиля, я, кажется, вас разбудила? Я понимаю, что звоню очень рано, но…
- Нет-нет, - я прокашлялась. – Я не сплю уже давно.
И это было, между прочим, чистой правдой. Из дома я еще не вышла, и даже позавтракать не успела – аппетита не было. Я занималась тем, что пыталась к приезду папы привести в порядок квартиру.
- Это отлично. Лиля, мне нужно с вами встретиться.
На меня тут же накатила еще одна волна паники. Она знает. Она знает! Она знает!!!
Я молчала, пребывая в ужасе. Ольга Аркадьевна, не дождавшись моего ответа, задала вдруг неожиданный вопрос.
- Скажите, Лиля, вам Лера не звонила сегодня?
Вот на это я среагировала.
- Нет.
- А вчера?
- И вчера нет.
- Хорошо, - воздохнула Ольга Аркадьевна. - Лиля, я вас прошу о срочной встрече. Нетелефонный разговор. Но мне очень нужно вас увидеть.
- Хорошо, - только и смогла проблеять я. Положила телефон на стол. И тут подал голос дверной звонок – приехал папа.
По дороге на встречу с Ольгой Аркадьевной я накрутила себя совершенно и практически уверилась, что они все знают. Господи, да я забыла, с кем связалась. Это же айтишники! Большой Брат следит за тобой. Ну и что, что симка куплена с рук. Ну и что, что я ее тут же сходила и выкинула в мусорный контейнер. Я же ни фига не шарю в этих технологиях. Да они стопудово все знают! Ну, не все, конечно. Но кто отправил видео – точно.
В кофейню я вползла на ватных ногах. Ольга Аркадьевна уже ждала меня там.
- Лилечка, вы нездоровы? - приветствовали меня вопросом. – Вы выглядите… бледной.
- Нет, я не больна, - я безо всякого изящества плюхнулась на стул. «Нет, богаты мы духовно, а душевно мы больны», - добавила я уже мысленно. А вслух дополнила свой ответ: - Семейные неурядицы.
Это было, между прочим, чистой правдой. Папа обнаружил, что я выпила его коньяк.
