– Да бросьте вы, доктор. – Фарж поморщился и подошел к лотку. – Вам-то что? Он вас уже укусил? Или вы недостаточно компетентны для своей работы? Вас сюда силком загнали? Признавайтесь! Если нужно, я легко устрою вам другое место.
– Макс… – едва слышно прошипел Детеринг. – Доктор ни в чем не виноват. Иди-ка сюда…
Первый лейтенант Джеймс Л. Ортега действительно выглядел пацаном. Щуплым парнишкой лет от силы восемнадцати, не больше.
Вот только не часто встретишь пацана с таким количеством шрамов.
– Лучевое, средней мощности, навылет, – уверенно показывал Фаржу Детеринг. – Еще лучевое, вынесло сердце. Малая мощность, но почти в упор, – видишь? Грудь ему хорошо заделали, но все равно видно. Это – рубленое, заделали классно, у нас так морочиться не станут. Живот, три резаных, это кишки на улице были, я тебе гарантирую… пах – колотое, очень давно. Конечности – да, это картинка… при том, обрати внимание: мускулатура. У него все просто идеально, не так ли? А сколько раз ему мышцы перерезали?
– Что вы писали в акте, доктор? – спросил Фарж.
– Что видел, то и писал, – дернул плечами патанатом. – Левое легкое – биоимплант неизвестного происхождения, от скелета там вообще черт знает что осталось… сердце, кстати, вполне человеческое, но явно не его. Да он вообще не человек по нашим понятиям! Я не знаю, что за вивисекторы над ним поработали, но у нас такими идиотскими технологиями не увлекаются. Кой черт пихать в человека импланты? Очень, знаете, качественные, но они же ему чужие!
– Время, – бросил, не оборачиваясь, Детеринг. – Время, доктор, и только…
Затылок у покойника отсутствовал, ибо Ортега застрелился умело, без вариантов: ствол под нижнюю челюсть.
«Что тебя заставило? – думал Детеринг, всматриваясь в острое, без единой морщинки, молодое лицо. – Не рассказывай только, что денег не было… раньше я бы еще поверил, но сейчас – не дождешься… что погнало тебя на Харриса? Ты же не мог не понимать, кто он и что он! Или…»
– Продолжайте, доктор, – отрывисто приказал он. – Я знаю, что вас испугали отнюдь не модернизации нашего уважаемого покойного. Давайте, давайте – вам все равно предстоит еще не одна беседа на эту тему, так что лучше потренируйтесь на нас.
– Ему около сорока лет, – патанатом говорил медленно, – но я могу вас уверить, что ни один пластический хирург с ним не работал. Если отбросить все, как вы выразились, модернизации, мы имеем очень странную картину. В какой-то момент время для него сперва остановилось, а потом пошло назад, против часовой стрелки.
– Против часовой… – повторил Детеринг. – Стихи не пишете, док? Ладно, ладно! Что там было у него в карманах?
– По описи?
– Не валяйте дурака! – взорвался вдруг Фарж. – Ни один из ваших, даже самый оторванный, и пальцем не прикоснется к вещам такого жмура! Или я полицию не знаю? Через полчаса вы отправите отчет, и в восемь утра здесь будет дежурный следак резидентуры СБ. Кому надо?.. Где его вещи?
Патанатом молча повернулся, прошел вдоль длинного стола, отделанного гладким белым пластиком, и распахнул дверь стенного сейфа.
– Вот, – сказал он, бросая на стол плотный прозрачный пакет.
Едва разглядев содержимое пакета, Детеринг побледнел.
– Ложитесь, – тихо приказал он.
Фарж тотчас рухнул на пол и червяком рванул под стол, закрывая голову руками. Патанатом, напротив, застыл, недоуменно глядя на Детеринга:
– Что… там?
Глазами он походил на сову.
– Ложись, идиот, – повторил Йорг.
Кадык патанатома дернулся. Из-под стола появилась рука Фаржа, и доктор, тихо булькнув, исчез, как будто его и не было.
Детеринг вытащил из кармана брюк пару тонких прозрачных перчаток, осторожно раскрыл застежку пакета и остановился, облизывая губы.
«Если до сих пор эта зараза не выстрелила, то не выстрелит, пожалуй, и сейчас, – сказал он себе. – Или же стрелять нечем…»
Сунув руку в пакет, Йорг двумя пальцами вытащил довольно большой пистолет с замысловатой рукоятью, отделанной мраморно-серым, на вид гладким материалом. Над стволом слабо светился овальный экранчик выдвинутого в боевое положение прицела. Детеринг перехватил оружие поудобнее и, держа стволом вниз, двумя движениями сбросил прицел и выщелкнул из-под ствола рифленый цилиндр магазина.
– Все, – сказал он. – Кончай ночевать, ребята.
Не дожидаясь, пока Фарж с дрожащим патанатомом выберутся на волю, он встряхнул пакет, поймал на лету длинный желтоватый ключ с брелоком в виде полумесяца и, развернувшись поудобнее к свету потолочного плафона, снял ключ с обеих сторон своим коммуникатором.
Больше в пакете не было решительно ничего.
– Когда будете отдавать вещи следователю, скажите ему, чтобы ни в коем случае не пытался производить контрольный отстрел без консультации со специалистом-оружейником. Иногда эта штука стреляет сама по себе и в кого ей вздумается. За исключением хозяина, конечно же… счастливо оставаться, доктор.
– Макс, – Детеринг захлопнул за собой дверь машины и повернулся к напарнику, – прошу тебя, будь помягче с теми, кого ты обязан защищать.
Рука Фаржа застыла в паре сантиметров от старта двигателя.
