Но больше всего меня удивила реакция Джестера. Он продолжал улыбаться как ни в чем не бывало.
— Вам придется смириться, барон, — проговорил он, обращаясь, по всей видимости, к Гейбу. — Не сердитесь на Терезу. Или Ларису, как вам привычнее ее называть. Вы ведь понимаете, что она была лишь орудием в моих руках. С вашей стороны было большой ошибкой попросить инквизитора об услуге.
О чем он? Что случилось?
— Я, безусловно, исполню вашу просьбу, — продолжил Джестер. — И вы обретете покой. Но сперва вам придется немного потрудиться.
Огромное — во всю стену — окно вдруг пошло трещинами. Я попятилась, ожидая, что вот-вот и оно разобьется вздребезги.
— Да ладно вам. — Джестер негромко рассмеялся, как будто позабавленный проявлением ярости со стороны призрака. — Барон Гейб, вы много лет провели промеж двух миров. Ничего страшного, если вы задержитесь в таком состоянии еще на пару месяцев. Клянусь честью, что после того, как вы поможете мне, я разорву эту связь.
— Какую еще связь? — потрясенно пискнула я.
Так, сдается, что Джестер подложил мне крупную свинью. Я была права в своих сомнениях. Проведенный ритуал не упокоил несчастного барона Гейба. Но в чем был смысл все этого действия?
— Он привязал меня к тебе, — раздался мне на ухо злой свистящий шепот. — Этот… этот… — Призрак издал клокочущий звук, захлебнувшись в бешенстве и не в силах найти должное определение Джестеру. Но через пару секунд продолжил уже спокойнее, каким-то чудом совладав с яростью: — Этот негодяй сделал так, что теперь я обречен следовать за тобой повсюду. Раньше мои владения ограничивались лишь замком как местом, где я умер. Отныне я буду твоей незримой тенью.
Что?!
Я аж икнула от этого известия. Как это — незримой тенью? Джестер издевается, что ли? Я не хочу, чтобы за мной постоянно следовал призрак! Это же кошмар, а не жизнь. А как мне мыться? Как, извините за откровенность, справлять естественные физиологические потребности, зная, что за тобой наблюдают? Не жизнь, а реалити-шоу какое-то в самом дурном понимании этого слова!
— Тереза, не переживай, все под контролем, — поторопился меня заверить Джестер, видимо, уловив все мои эмоции по выражению лица. — Это вынужденная необходимость. Ты скоро поймешь, что иначе было нельзя.
— Я пойму? — От негодования мой голос задрожал и сорвался. — Что именно я пойму? Ты с ума сошел, что ли? Немедленно исправляй все то, что натворил!
— И не подумаю. — Джестер покачал головой.
Вот ведь гад!
Я сжала кулаки и шагнула к нему, почувствовав, как от гнева белеет в глазах.
Ох, я буду не я, но сейчас как врежу этому невыносимому блондину! Все лицо ему исцарапаю! Да как он вообще посмел сотворить такое?..
— Тереза, успокойся. — Улыбка сползла с губ Джестера. Должно быть, он понял, что я нахожусь на грани самого настоящего взрыва. — Я тебе все объясню. Все это сделано для твоего блага.
— Ты издеваешься, что ли? — взревела я раненым бизоном. — Да я… я…
Запнулась в поисках подходящей угрозы. Волна глухой черной злобы захлестнула меня с головой. Я готова была убить Джестера. Растерзать его, растоптать, уничтожить!
— Тереза. — Джестер внезапно стал очень серьезным, будто почувствовал нечто неладное. — Хватит. Глубоко вдохни и выдохни через рот. Я тебе все объясню.
Ах, какая прелесть! Объяснит он свой поступок. Я прям так и растаяла от умиления. Да какое право он вообще имел так поступать! Конечно, это же не ему придется делить уборную комнату с призраком. Это не ему неупокоенная душа будет давать советы, как лучше намылить спинку. Это не он отныне обречен постоянно видеть в зеркале за своей спиной старика.
Бамс! И окно все-таки осыпалось горой осколков, не выдержав напора негативной энергии, сгустившейся в комнате. Свежий прохладный ветер ворвался в кабинет. Взъерошил светлые волосы Джестера, затрепал воротник его рубашки.
Я шагнула еще, продолжая держать кулаки настолько крепко сжатыми, что костяшки пальцев побелели от напряжения. Меня словно распирало изнутри от ненависти к главному инквизитору.
— Не надо, — сделал еще одну попытку воззвать к моему здравому смыслу Джестер. — Тереза, мне не хочется причинять тебе боль.
— А вот мне, напротив, очень хочется причинить боль тебе, — огрызнулась я.
Ох, зря я это сказала! Зрачки Джестера вдруг резко расширились, заняв практически всю радужку. И одновременно с этим в моих висках закололо. Будто невидимый железный обруч сомкнулся вокруг моей головы, давя с каждой секундой все сильнее.
Я вскинула руки, силясь хоть как-то защититься от чар Джестера. Но это было последним, что я запомнила.
— Отдохни немного, — успела услышать я негромкое.
А затем мир раскололся, и в моем затылке взорвался тугой шар боли, как будто кто-то предательски огрел меня сзади.
Я потеряла сознание.
Пробуждение было не из приятных.
Нет, у меня ничего не болело. Ни голова, ни пострадавшая в ходе ритуала рука. Если честно, я вообще не ощущала своего тела. Не понимала, лежу ли я на твердом или на мягком, холодно мне или жарко.
