Я понимал, что она страшно соскучилась по вниманию, так что сгреб в ее в объятия и на некоторое время выпал из реальности из-за вспышки безграничного счастья, ударившего из-под Знака! Желание разобраться с причинами столь сильной реакции на мое прикосновение было задвинуто куда подальше, и я последовал подсказкам интуиции – перебирал ближнице волосы, ласково поглаживал шею, плечи и живот до тех пор, пока не избавил от внутреннего напряжения. А потом тихим шепотом предложил женщине помочь Доброму Волшебнику подготовить очередной приятный сюрприз.
Ольга расстроилась. Чуть ли не до слез. Почему-то решив, что для этого придется покинуть мои объятия. Однако стоило мне перевернуть ее на бок, прижать спиной к своей груди, вывесить перед нами обоими поисковик, «уложенный» на бок, и забить в него первый запрос, как упавшее было настроение вернулось на тот же уровень и устремилось ввысь. Впрочем, это не помешало «добровольной помощнице» переключиться в режим Умницы-Разумницы, дотянуться до области считывания жестов моей виртуальной клавиатуры, открыть текстовый файл и задать несколько вопросов.
Я ответил на все. Все так же безмолвно. А когда прочитал о-о-очень интересное предложение, благодарно поцеловал ближницу в щечку и снова дотянулся до розового ушка:
– Ты моя радость…
Ольга сглотнула, а затем зашевелила пальчиками, спеша напечатать то, что рвалось из души:
«Да, твоя. Поэтому найду и организую все, что угодно. Ты только не выпускай меня из объятий, ладно?»
…С единственной серьезной проблемой, способной воспрепятствовать реализации планов «Доброго Волшебника», разобралась все та же Умница-Разумница, спустившись на первый этаж в двенадцатом часу ночи и каким-то образом перетянув Егора Аркадьевича на нашу сторону. Поэтому всю стайку дронов службы доставки я отправил к Конвойным, а минут через тридцать, получив самое важное уведомление, показал его Ольге, дождался, пока она наберет сообщение для Алейникова, свернул все ненужные окна поисковика и открыл новое. Точнее, влез на сетевую страничку ресторана «Тяньцзинь» и вернул правую руку на талию ближницы. Все остальное она сделала сама. Хотя нет, не все: перед оплатой заказа я утроил количество блюд.
С этого момента и до прибытия еще одной стайки дронов мы провели в праздном безделье. Оля млела в моих объятиях, а я поглаживал ее живот, лениво размышлял о перспективах рода и краем уха прислушивался к спорам остальных дам. Да-да, они продолжали работать над стилем «Фениксов». И отнюдь не голословно – подобрав, оплатив, получив и сложив в несколько высоченных стопок парадно-выходную одежду на осень, переключились на зимнюю. Так что с нешуточным энтузиазмом «грызлись» из-за фасона шуб. Что интересно, на равных, то есть, Лада, Саша и Натка напрочь забыли о том, что Софья является Великой Княжной и в два с половиной раза старше их, а Рюриковна, в свою очередь, общалась с ними не как с младшими, а как с подружками.
«Все, спелись…» – в какой-то момент мысленно заключил я, а потом набрал в текстовом файле вопрос для еще одной женщины: – «Оль, а почему ты не с ними? Там же обсуждается ШМОТЬЕ!»
«А я с него не фанатела даже в юности…» – ответила она, чуточку поколебалась и снова зашевелила пальчиками: – «Если честно, то одеваться, как подобает потомственной дворянке, начала только благодаря пинкам Мамбы, а всю юность и первые пару месяцев службы в „Мираже“ круглый год ходила в армейских комбезах. Тут, в МАО, тоже покупала модные вещи из необходимости. До тех пор, пока ты меня не перевоспитал и не заставил почувствовать себя женщиной…»
«То есть…» – набрал я и был вынужден прерваться, так как ближница сдвинула в сторону мою руку и продолжила набирать текст:
«Да, теперь я хочу выглядеть сногсшибательно красивой. Чтобы ты мною и любовался, и гордился. Но вмешиваться в процесс подбора одежды все равно не вижу смысла: в молодости Софья была законодательницей мод для всей Империи и наверняка подхватит это знамя после первого же выхода в свет. А мелкие об этом даже не подозревают, вот и хорохорятся. И пусть – такое общение пойдет им на пользу, добавив уверенности в себе. А я хоть немного отдохну от одиночества…»
«Твое одиночество осталось в прошлом!» – быстренько набрал я и выделил предложение жирным шрифтом.
«Я это знаю…» – в том же стиле написала Оля. – «А хочу чувствовать. Как можно чаще. Чтобы однажды поверить раз и навсегда…»
Отвечать на это признание даже очень красивыми обещаниями было бы неправильно, поэтому я забил на переписку и прижал женщину к себе еще сильнее.
«Это самый лучший аргумент из всех возможных…» – еле слышно хихикнув, набрала она, а затем передвинула мою правую руку под грудь, закрыла глаза и расслабилась. Почти на четверть часа. А когда почувствовала вибрацию моего комма и сообразила, что прилетело уведомление о скором прибытии последней партии дронов службы доставки, нехотя выскользнула из объятий, села, несколько секунд с интересом разглядывала динамическую мерку Наты в шубке из меха рыси-Дичка, а затем задала не самый учтивый вопрос:
– Девки, жрать хотите?
– Да-а-а!!!
