Ужас глубин полностью

Однако в ее словах был смысл. Бродяги из любого дерьма смогут изготовить взрывчатку, сойдет все: гербицид, удобрение, даже старый добрый тринитротолуол. А когда у них закончатся химикалии, когда закончатся пули, они начнут устраивать ямы с деревянными кольями, намазанными ядом. Но что бы это ни было, какой бы примитивной ни стала партизанская война, все равно людей будут калечить и убивать.

«Мы никогда не сможем перебить их всех. Слишком много укрытий. Однако целей у них не слишком много. Им нужно приближаться к нашим поселениям или устраивать засады на проезжающий транспорт. Пора начать заманивать этих ублюдков в наши собственные ловушки».

Маркус проворчал что-то про себя, прижимая палец к уху. Он слушал переговоры Росси с Центром.

— Они их упустили, — сообщил он. — Сэм отправилась обезвреживать бомбу. Она говорит, ей нужна взрывчатка.

— Сумасшедшая баба. Удачи тебе в ее приручении, Бабуля.

— Мотовство до нужды доведет, Блондин.

— Черт, мы победили червей. Нам следовало сделать то же самое и здесь, разбомбить бродяг к собачьей матери, пока они еще сидели в одном месте.

— Аминь, — буркнула Берни.

Маркус заговорил:

— А по-моему, нам следует сейчас всем заткнуться, к чертям собачьим!

Пес вел их по петлявшей среди поля тропинке к небольшой рощице. Бэрд догнал Берни, когда та застыла на вершине крутого склона. В нескольких метрах от них, внизу, среди тонких стволов деревьев, росших на берегу, блестел ручей, а Мак, принюхиваясь, бегал взад-вперед по склону.

Берни щелкнула пальцами, чтобы привлечь его внимание:

— Ищи, Мак. Они перешли ручей? Правда? Давай дальше. Найди их.

Пес спустился к ручью, прошел несколько метров по мелководью; вид у него был растерянный. Правильно, что Бэрд не верил во всю эту бойскаутскую чепуху.

— Ты уверена, что твоя шавка умеет охотиться? — спросил он. — Если какая-то жалкая лужа может сбить ее со следа, тогда толку от нее ноль.

— Блондин, кто из нас специалист по выживанию, а?

— Ну опять завела свое. Дикая женщина из гребаного леса.

Маркус, присев на корточки, молча наблюдал за маневрами Мака. Спустя несколько минут пес замер, — казалось, его сильно заинтересовал участок грязи на противоположном берегу, затем он резво устремился вверх по склону.

— Поехали, — произнесла Берни.

Она направилась за собакой, — наверное, ее гнали вперед остатки адреналина. Бэрд размышлял о том, долго ли она еще продержится.

— А если он найдет лагерь бродяг, у него хватит ума не врываться туда на полном ходу?

— Вряд ли. Так что лучше не отставай.

Нелегко было пробираться среди торчавших из земли корней и подлеска, но пес, похоже, знал, куда идти, и Берни ему верила. Она постоянно останавливалась, рассматривая сломанные ветки и прочие признаки недавнего пребывания людей. Бэрд, не отключавший рацию, настроенную на частоту отряда, догнал ее.

— Стойте! — внезапно произнес Маркус. — Слушайте.

Бэрд замер, и Берни снова обогнала его. Нужно было присматривать за собакой. Маркус жестом приказал Бэрду слушать внимательно, а это означало переход на частоту Центра. Маркус редко появлялся без этого чертова наушника, даже в свободное время. Бэрд был практически уверен в том, что он с ним спит.

— Вот дерьмо! — Маркус смотрел на деревья неподвижным взглядом, явно сосредоточенный на том, что слышал. — Шоу началось.

Бэрд сменил частоту. В то же мгновение его оглушили голоса из того кошмара, который, как им казалось, они навсегда оставили позади, на материке. Отряды, патрулировавшие дороги, сообщали о взрывах и засадах. Трудно было уловить какие-то детали. Он вдруг обнаружил, что старается различить имя Коула — на случай, если тот решил помочь кому-то и вляпался в это дерьмо.

Голос Матьесона был обманчиво бесстрастным:

— Повторите, «К Десять». Сколько у вас раненых? Андерсен безнадежен? Насколько тяжелое состояние?

Затем он расслышал другой знакомый голос — Аня. Судя по всему, она уже вернулась в Центр.

— «К Десять», вертолет «КВ Три-Три» направляется к вам для эвакуации, расчетное время — десять минут. Ждите.

Андерсен. Бэрд не расслышал, какова причина его крайне тяжелого состояния — серьезное ранение брюшной полости, травма конечности или что-то другое, — но он хорошо знал сержанта, и почему-то известие о его скорой смерти потрясло Бэрда сильнее, чем вся война с Саранчой. Каждый день в боях с червями он терял товарищей и смог пережить это. Но сейчас войны не было, они не сражались против кровожадных ублюдков-червей, и это сводило Бэрда с ума. Они выжили, победили в многолетней борьбе с монстрами только для того, чтобы их убивали эти мерзкие твари — люди. Никогда в своей жизни он не испытывал подобной ярости. Его душило желание мстить, убивать. Но он застрял в глухом лесу, где убивать было некого.

Маркус не мигая смотрел сквозь него:

— Феникс вызывает Центр. Мы в порядке. Нужна наша помощь?

Он дал людям в Центре время подумать и ответить не торопясь. Аня заговорила: