Это приключенческо-детективный роман о четырёх русских путешественниках, совершающих кругосветное плавание на яхте "Бетельгейзе", во время которого неожиданно для себя они сталкиваются с отголосками прошлого – одним из секретов Третьего Рейха, документами "Аненербе". Одновременно с этой тайной им приходится стать свидетелями появления в океане легендарного существа – Мегалодона, который сыграл решающую роль в продолжении их похода. Иллюстрации на обложке и в тексте книги изготовлены с помощью ИИ (Кандинский 2.1, Кандинский 2.2) и фотошопа.
Северная Атлантика, 1943 год.
В конце мая 1943 года U-Boote фрегаттен-капитена (нем. Fregattenkapitan, иными словами капитана 2 ранга) Иоахима Фридриха, графа фон Мансфельда вернулась во французский Сен-Назер после боевого похода в Северную Атлантику в крайне тяжелом состоянии. И тому были вполне объяснимые причины. Лодка Мансфельда входила в группу «Майзе» «Волчьей стаи» «Штар».
«Стая» этих «серых волков» была сформирована в апреле 1943 года и "охотилась" к юго-востоку от Гренландии вместе с рядом новых подлодок. 1 мая лодки "стаи" "Штар" были переброшены на перехват конвоя SC-128, следовавшего в восточном направлении; его засекли, но потеряли подводные лодки группы "Шпехт" из девятнадцати лодок.
Общее соединение "волчьих стай" под названием "Финк" насчитывало двадцать восемь подводных лодок. 5 мая, воспользовавшись штормовой погодой, которая создавала помехи радарам эскортных кораблей, подводные лодки потопили 11 судов общим водоизмещением 51023 брт, но это событие стало последним крупным достижением немецких подводников. При установлении среднего волнения в спустившемся тумане в ночь на 6 мая эскорт конвоя атаковал подводные лодки, пять уничтожил (U-630, U-192, U-125, U-531 и U-438), а семь сильно повредил. Вследствие столь серьезных потерь гросс-адмирал германских ВМФ (Kriegsmarine) Карл Дёниц или «Лев», как уважительно называли своего шефа подводники, приказал прекратить операцию и 7 мая распустил "волчьи стаи" "Финк" и "Амсель".
В боевой рубке «U-Boat», находящейся на перископной глубине, командир Мансфельд припал к окулярам перископа и внимательно отслеживал цель на поверхности. Это был бородатый тридцатилетний мужчина с приятными чертами мужественного лица, худощавый, в цивильной одежде, но в военно-морской мятой фуражке с белым верхом (отличительная характерная деталь всех командиров немецких лодок). Для удобства наблюдения в перископ в фуражка на его голове была повёрнута козырьком назад и слегка сдвинута на затылок.
Фон Мансфельд:
– та-ак, … внимание! … 3-й аппарат, огонь! …
Стоящий рядом с командиром старший офицер включил секундомер.
– 4-й аппарат, … огонь!
Старпом, такой же бородатый, как и все подводники, включил второй секундомер. Командир опустил перископ и вопросительно с тревогой ожидания упорно смотрел на своего помощника, который, в свою очередь, не отрывал взгляда от секундомеров. Мансфельд повернул фуражку козырьком вперёд и прислонился к переборке рубки. Неподвижно уставился в одну точку и затем утомлённо закрыл глаза. Стрелки секундомеров быстро бежали по кругу. На одном прошло три с половиной минуты, на другом – уже четыре.
Командир открыл глаза и опять вопросительно-напряжённо посмотрел на старшего офицера. Тот оторвал взгляд от секундомеров и показал их командиру.
– всё, гер капитан. Время вышло.
Командир в досаде сжал кулаки. Губы его были плотно сжаты. Промах! Он включил механизм подъёма перископа, откинул ручки и припал к окулярам. Быстро повернулся вместе с ним на 360 градусов, осматривая горизонт. На поверхности его внимание что-то привлекло, и он вернулся к этой цели. Мгновение спустя, включив механизм опускания перископа и сложив его рукоятки, скомандовал:
– Тревога! Срочное погружение!
Вахтенный офицер, дублируя приказ командира, прокричал вниз, внутрь лодки:
– Тревога-тревога! Срочное погружение!
Мансфельд вслед за старпомом последним быстро покинул платформу боевой рубки, энергично крутанув, завинчивая рукоятку затворного механизма люка и оказался в центральном посту корабля, где продолжал командовать:
– Глубина погружения 120 метров! Боцман, рули семь градусов на погружение! Всем приготовиться к атаке глубинными бомбами!
Моряки, не занятые на постах, по знакомой, заученной процедуре друг за другом быстро побежали в нос лодки, чтобы увеличить дифферент на нос и ускорить её погружение. В носовом первом отсеке сбившись в кучу, присели на палубу.
Боцман, сидящий за управлением горизонтальными рулями, докладывал:
– 80 метров, … 95, 100 метров.
– 120 метров, гер капитан!
Одновременно с его докладом выше глубины погружения лодки раздались первые разрывы глубинных бомб.
Стармех, отдифферентовал лодку на заданной глубине. Взрывы всё ближе. Наконец, прямо над головами подводники отчётливо услышали шум винтов преследующего их вражеского корвета. Моряки с напряжёнными, тревожными лицами уставились наверх, устремив свои взгляды в подволок. Капитан также вскинул голову вверх, скомандовав:
– Глубже! Идём глубже, … держим 180 метров!
– Есть, 180 метров!
