Этот рассказ повествует о нелёгком путешествии экспедиционной группы, построившей свой курс прямиком на всеми забытый край – Антарктиду. Во время перелёта из России в ледяную пустошь, у команды начали происходить необъяснимые события. Главному герою стали мерещиться всякие странности и непонятное существо, сравнимое по размерам с небоскрёбом. Это сильно повлияло на мировосприятие главного героя, но этим всё не кончилось. Очень скоро экипаж потерпел катастрофу, причём в самых ужасных красках. Выжил только один. Но, вряд ли можно сказать, что удача на его стороне, ведь лучше бы ему было покоиться со своими товарищами под толщей снега, нежели вторгнуться в город древней цивилизации, поклоняющейся космическому Богу. Сможет ли учёный геолог вернуться домой в целости и сохранности? И что его ждёт в великом святилище древней цивилизации.
Ужас, живущий во льдах.
На улице гулко завывал ветер. Жёлтый брезент палатки судорожно колыхался, едва не разрываясь на части. Казалось, специальный материал натянется дугой до предела и лопнет подобно жевательной резинки, надутой в пузырь. Внутри переносного жилища было по меньшей мере минус тридцать пять градусов по Цельсию. Из убранства здесь лишь только три плотных спальных мешка; под ними меховой настил, а на самом верху купола масляная лампа, мирно покачивающаяся в такт настойчивым порывам ветра.
В одном из спальников лежал я, плотно зарывшись в одеяло. Лицо наполовину закрыто шарфом, а на голове плотно-прижатая шапка. Тело грелось под двумя одеялами, а поверх груди находилась тёплая грелка. И даже этого не хватало. Я всё равно дрожу, под плотной вуалью ледяного воздуха, делая записи в этой изглаженной временем и погодными условиями, тетради. Холод кусает кожу, впиваясь в подушечки пальцев острыми маленькими иглами, едва не доводя до спазма.
- Чёртов южный полюс! – выругался я, глядя на смазанные синие каракули, плывущие по сухому листку бумаги. Пар изо рта поднялся вверх, растворяясь под куполом палатки. – Антарктида – не место для людей!
Да, это был мой крик души, ну а что поделать? Как бы вы поступили на моём месте, пропустив через себя те же события, что и моя группа? Экспедиция из десяти человек собралась исследовать забытые всеми места. Мы успешно оторвались от земли, вылетев из России. Полёт длился около семи часов. Всё шло вполне обычно, за исключением всё нарастающего беспокойства. Александр Владиславович капал мне на мозг всё время полёта, я был вне себя от бешенства, но чёрт возьми, этот суеверный профессор оказался прав, его пророчества сбылись даже быстрее, чем у великого Нострадамуса! Каждую секунд он напоминал о тарахтящем звуке в правом двигатели самолёта и предрекал наше скорое падение. Я, человек не суеверный, но боязнь высоты, сделала свой ход на шахматном поле ужаса в моём сердце. Последний час в самолёте я провёл в самых кошмарных раздумьях. На какое-то время мне всё же удалось уснуть, вот только эти страхи вползли ко мне в сновидения и развернули там целое концертное шоу, направленное целиком и полностью на запугивания моей души. А потом, сон оборвался, самолёт тряхнуло с такой силой, что Михаил Борисович – наш картограф, шедший в этот момент со стороны туалета, лихо так кувыркнулся и приложился виском о стоящее рядом кресло. Первую помощь оказать не удалось, да и вряд ли она понадобилась бы трупу. Льва Сергеевича, – первоклассного медика, тут же швырнуло в левую часть самолёта, где сидел я, разрывая свою глотку душераздирающим криком отчаяния. Тело Левы сложилось пополам, встретившись с вкрученным в пол столиком, на котором растянулась карта Антарктиды.
Вскоре, праведный гнев древних сил Антарктиды рухнул на Роберта, - моего лучшего друга, сидевшего в тот момент напротив иллюминатора, выходившего на всепоглощающее пламя, выползшего из задыхающегося чёрным дымом двигателя. Именно Роберт пытался вселить в меня веру в исправность нашего транспортного средства, в то время как заслуженный учёный России и по совместительству мой профессор «Арктического и антарктического научно-исследовательского института», параллельно изучающего мифологию, кричал о неизбежной каре древнего существа, дремлющего под огромным слоем льда в белоснежной пустыни безмерного холода и одиночества. И какого лешего он вообще увязался с нами?! Я так и не нашёл этому должных объяснений. Роберт тоже этого не знал, а ещё он не знал, что его жизнь окажется на волоске от смерти.
Клокочущий и кашляющий двигатель очень скоро взорвался. Ударная волна хлынула мощным потоком воздуха в стеклянный иллюминатор, довольно быстро лопнувший и разлетевшийся на бесчисленное множество осколков, окропивших лицо моего друга. Произошла разгерметизация. Несколько секунд я провёл в тупом онемении, а потом мои лёгкие стали нещадно вбирать кислород, так старательно удиравший от меня. Я задыхался. Пальцы плотно вжались в ручки сидения, отказываясь отпускать единственную надежду. Кислородные маски выпрыгнули откуда-то сверху, столкнувшись с моим лицом. Голова шла кругом. Вокруг творился сущий ад: все суетились и кричали и только лишь пилот сохранял какое-то ни было спокойствие, привитое им годами, проведёнными в опасных небесных просторах.
