Выплеск получился стремительным, нацеленным, ударил прямо по лицу Мерака Леви, и он то ли от неожиданности, то ли правда не умел с этим справиться — зачем, ведь у него был Крест! всегда был Крест — упал на колени, заходясь криком.
Фобии тоже было плохо, как всегда во время выплесков. Но в эти тающие секунды ей было не до того. С трудом добралась до стола, рухнула в кресло и со второй попытки нажала на клавишу «esc».
«Вы уверены, что хотите прервать программу уничтожения объекта № 4135-ВС-01?» — уточнил у неё компьютер.
Да, блин, уверена.
Мерзкое железо.
«Программа уничтожения прервана пользователем», — уведомила её система.
И только тогда Фобия мысленно погладила своего осьминога по жирным щупальцам, и он стал с неохотой сворачивать их внутрь.
— Я ошиблась, — сказала она громко, салютуя всё ещё стоящему на коленях Наместнику бутылкой. — Мне вполне хватило пятнадцати минут, чтобы напиться.
Мерак Леви повалился на спину и захохотал.
Креста они встретили в коридоре, когда брели, хихикая и поддерживая друг друга в то крыло, где располагались спальни.
— Крестик! — обрадовался Мерак Леви. — Где ты шлялся, поганец? Меня чуть не угробила твоя девка! А ты должен защщщщщищать меня!
— Это ты меня чуть не убил, — возмутилась Фобия.
— Нет ты!
— Сначала ты меня, а потом я тебя, — и они засмеялись.
Крест с недоумением и брезгливостью оторвал Фобию от Наместника (тот покачнулся, лишившись опоры, но устоял на ногах), и она тут же вскарабкалась на наёмника, обхватив ногами его бедра и обвив руками шею. Однако начала сползать вниз, и Крест был вынужден перехватить её за талию, удерживая.
— Я пьяная, — зачем-то сообщила она ему.
— Вижу, — Крест развернулся спиной к своему хозяину и пошёл дальше.
Фобия помахала Наместнику на прощание.
— Я всё равно тебя убью, — крикнул в ответ Мерак Леви.
Фобия положила голову на жёсткое плечо Креста и закрыла глаза. От его мерного шага её начало клонить в сон.
Но вся дремота слетела, когда они вернулись в спальню и Крест бесцеремонно бросил свою ношу на кровать. Фобия подпрыгнула на пружинной сетке и ойкнула.
— Совсем спятила? — процедил Крест, хватая её за плечи.
— Я не виновата. Совсем. Он починил Центральный сервер. Вызвал. Поставил таймер. Выплеск. Виски. Виски. Виски.
Даже Оллмотт бы восхитился её лаконичностью.
— Этого только не хватало, — Крест сел и обхватил голову руками.
— Не переживай, — Фобия погладила его по плечу. — Осталось совсем немного времени. И Наместнику точно будет не до меня в ближайшие сутки.
Она свернулась калачиком, положила голову на колени Кресту и почти совсем заснула.
— Ты правда чуть не убила его? — спросил Крест.
— Да. Как ты и учил.
— Когда это я тебя учил убивать людей?
— Когда издевался в лагере. И когда заставлял таскать черепушки твоего сгоревшего домика. И когда заставлял бегать, и отказывался отдать ловушку для снов…
— Хватит.
— Ты очень помог мне, Крест.
— Помог? — у него было такое выражение лица, как будто она только что смертельно оскорбила не только его, но и маму, и всех родственников до седьмого колена.
— Кроме тебя никто обо мне не заботился. Никогда.
— Кроме меня, тебя никто не учил ненависти? — буркнул он.
— Да. Но сегодня тебя не было рядом. Но я сама молодец, ведь молодец? — почему-то очень хотелось получить от него похвалу. Один раз в жизни услышать, что Крест гордится ею.
— Пойдём, молодец, — он снова подхватил её, отнес в ванную. Она сидела на корзине для белья и смотрела, как тёплая вода закрывает белоснежную поверхность. Дурачась, Фобия высыпала все малочисленные тюбики, которые у неё были — Нэна презентовала, и теперь пенная шапка росла на глазах.
— Со мной, — сказала Фобия капризно, прижимаясь к Кресту.
— С тобой, — ответил он серьёзно.
Вдвоём в просторной ванной не было тесно. Фобия сдувала со своих ладошек пену, и отливающие перламутром пузырьки лопались в воздухе. Спиной ощущала грудь Креста, и его руки на своих плечах и коленях, которые все время гладили и гладили её. Не возбуждённо с намёком на скорый секс, а просто гладили. Рассеянно, даже машинально.
А потом Фобию накрыло. Резко, без всякого предупреждения, как это бывает, когда падают адреналин и количество алкоголя в крови.
Она плакала и тряслась, и вода выплескивалась на пол, а Крест молча укачивал её на груди, прижимая к себе на грани боли.
— Он… Целое подразделение… одной кнопкой. Я так его боюсь, Соло. Очень боюсь.
— Надо удалить тебя из базы данных.
— Скажи мне, если понадобится — ты отрежешь мне руку?
— Запросто.
— Это хорошо, — Фобия успокоилась, о пережитом ужасе теперь напоминала только частая икота и распухший от слёз нос.
Она дотянулась до его шеи, до шрама от выжженного клейма раба.
— Ты мечтаешь о свободе, Соло? — спросила, ненавидя себя за прерывистый голос. Вот бы выглядеть в его глазах смелой, и сильной, и красивой, а не зарёванной трусихой!
Он дёрнулся, когда она поцеловала шрам — болезненное воспоминание о неправильном выборе. Сменить одно рабство на другое, вечное. Перестать быть рабом и стать убийцей.
Умереть, но не получить свободы.
Выйти из тюрьмы, но остаться в неволе.
