- Ну, я вижу ты уже осилил одновременное использование двух любых заклинаний четвертого круга. - его улыбка стала шире. - Пора переходить к настоящей тренировке.
- В смысле. - сглотнул я. - Я думал что уже все 'ОК' и осталось лишь закрепить результат.
- Так и есть. Теперь ты чередуешь по два случайных заклинания не только из четвертого, но и из всех остальных кругов. Как раз за еще три дня должен освоиться с нагрузкой на разум.
- Ты издеваешься? У меня и так уже мозг плавится.
- Успокойся. - уже серьезным и слегка грустным тоном продолжил он. - Я и сам через это прошел, и это необходимо, чтобы проще осваивать магию вне кругов. Пока она тебе бесполезна, но в дальнейшем может спасти жизнь. Нам еще драконов убивать, а потом по миру артефакты искать. Таких тепличных условий для тренировки потом может и не быть. После разрушения купола нас вполне может ждать цейтнот. А может и не ждать, но подготовиться стоит.
- Понимаю, но я уже на пределе. Нужен отдых.
- Есть альтернатива. - вздохнул он. - Думал, тебе это не понадобится в отличие от меня.
- Что не понадобится?
- Я разработал одно зелье, оно при сильных нагрузках на мозг помогает, но откат после него крайне неприятный. Сам пользовался, когда подошел к пределу своих возможностей. Кстати, примерно на том же этапе где сейчас находишься ты.
- Поделитесь же своей безмерной мудростью мистер Мияги! - съязвил я.
- Слушай внимательно Дэниел. - поддержал мою игру Артем. - Круговые движения руками, полируешь машину одной, стираешь полироль другой. И не забудь про дыхание... - видя неподдельное офигивание на моем лице, маг решил вернуться к теме разговора. - В смысле, зелье напрочь глушит эмоции и помогает предельно сконцентрироваться на чем-то. Работает два дня, потом день незабываемых ощущений, но 'прокаченность' разума не деградирует со временем. Проще говоря, оно слегка изменяет работу мозга в лучшую сторону на постоянной основе.
- На местных тоже его опробовал?
- Увы, местные слегка тормознуты в плане мышления, после принятия у них случалось 'бобо', и ехала крыша.
- Воодушевляет... - вздохнул я.
- Не бойся, я же выдержал его эффект.
- Ты говорил, оно вырубает эмоции. Это тоже 'на постоянной основе'?
- Нет. Это просто временный побочный эффект пока оно работает с мозгом.
Чувствуя себя лохом, поведшимся на красивую рекламу, я все-таки согласился на зелье.
Два дня пока действовал 'эликсир расширения разума' мне запомнились как лучшие дни моей жизни, особенно если сравнивать с откатом.
Мозг работал со скоростью суперкомпьютера, ассоциативные рефлексы для воспроизведения заклинаний появлялись после второго, а иногда и первого раза использования. Казалось, что я всесилен, что нет ничего, чего бы я не смог сделать.
На второй день, параллельно творимым заклинаниям я смог свободно оперировать и своей памятью, как краткосрочной, так и долгосрочной, удалось вспомнить всю свою жизнь на Земле и даже восстановить часть памяти Безымянного. Жаль, ничего конкретного о нем и не узнал, кроме того, что он умел отлично играть на нескольких музыкальных инструментах, знал старо-миртанский и был завсегдатаем трактиров и борделей. Все-таки я либо дворянин, либо бард.
После освоения скоростного создания всех имеющихся заклинаний, я решил выучить и те, которые записаны в гримуарах Ксардаса, но не превосходят меня по кругу магии. 'Малая молния', 'лечение легких ранений', 'вызов скелета гоблина', 'ледяное копье', 'смерч', 'вызов волка', 'гейзер', 'буря', 'создание скелета', 'страх', 'лечение средних ранений', 'большой огненный шар', 'кулак воды', 'пробуждение голема' пополнили список изученных мною заклинаний. Я понимал, что довести их до аналогичного автоматизма ранее изученных заклинаний пока не смогу, но все же отработал и их до секундной скорости.
Я опасался того, что такое издевательство над собственным разумом опасно, но из-за эффекта зелья не мог ничего с собой поделать. Каждая секунда, потраченная на праздное ничегонеделание, казалась кощунством и воспринималась разумом в штыки.
Но два дня радостной активности закончились, и пришла боль. Описать этот день довольно легко. Проснулся, словил болевой шок, потерял сознание, повторить, пока боль не уменьшится. Хуже всего было, когда она уменьшилась. Те, кто страдал от воспаления тройничного нерва, меня поймут, ведь придумать что-либо более болезненное физически проблематично, если не невозможно в принципе. Страшнейшая мигрень сменялась болью в ушах, переходящей в зубную боль. И так по кругу еще двенадцать часов бодрствования.
'Повезло', что я уже раньше испытывал нечто похожее в прошлом, для человека с низким болевым порогом подобный эффект мог бы быть летален.
***
Проснувшись на полу в углу, вытирая слезы после отступившей боли и сопровождающей ее конвульсии, я огляделся и наткнулся на некроманта, который сегодня был бледнее обычного.
- Как самочувствие. - с неподдельной тревогой в голосе спросил меня этот индивид и меня прорвало.
