Ужин с пантерой полностью

И Алевтина Андреевна поведала ему, что после десятидневного курса лечения у них в отделении врачи порекомендовали Арбузову пройти комплекс оздоровительных мероприятий в санатории «Теремок». Этот-то оздоровительный комплекс и называется реабилитацией.

– А я думал, реабилитация – это бывает только в суде, когда с человека задним числом снимают все обвинения! – проговорил Маркиз.

Алевтина взглянула на него с неодобрением и продолжила:

– Хороший санаторий, и недалеко, в Ленобласти. Все процедуры там есть, и сервис на европейском уровне…

– Так что – сейчас он там, в этом «Теремке»?

– Должен быть там, курс реабилитации рассчитан как минимум на месяц!

Леня допил чай, поблагодарил Алевтину Андреевну и покинул хирургическое отделение.

Когда он пересекал больничный холл, его окликнула из своего окошечка дама-администратор:

– Господин Марципанов!

Леня не сразу вспомнил, что представился этой фамилией. Вспомнив, он остановился и обернулся.

– Ну как, вы выяснили вопрос со своим клиентом?

– Вопрос находится в стадии обсуждения, – туманно ответил Леня и покинул больницу.

В его деле произошел некоторый положительный сдвиг: ему удалось выйти на след некоего господина Арбузова. Правда, оставался открытым вопрос – является ли этот Арбузов тем самым связным, которого несколько дней назад убили в океанариуме, или же это другой человек, каким-то образом связанный с убитым.

В пользу первой версии говорило то, что чек из дискового магазина, по которому Леня вычислил Арбузова, был найден в бумажнике связного. Однако, по словам Алевтины Андреевны, Арбузов выписался из больницы в гипсе, а связной в океанариуме не только был без гипса, но даже не хромал.

Чтобы окончательно проверить эту версию, Маркиз решил позвонить в санаторий «Теремок».

В Интернете у этого санатория был собственный сайт, из которого Леня узнал, что «Теремок» расположен в живописном месте Ленинградской области, среди поросших соснами дюн на берегу Финского залива. На сайте были размещены очень красивые фотографии этих дюн, а также изображения трех недавно отремонтированных пятиэтажных корпусов санатория. Здесь же были фотографии закрытого плавательного бассейна с неестественно голубой водой и нескольких номеров – очень комфортабельных и уютных. Леня не поленился, просмотрел все материалы и узнал, что в санатории существует еще так называемый ВИП-корпус – небольшой двухэтажный особнячок, стоящий в стороне от остальных корпусов, с собственной охраной.

Найдя на главной странице телефоны санатория, Маркиз набрал один из них.

– «Теремок»! – отозвался приветливый женский голос.

Леня хотел было спросить, с кем он разговаривает – с мышкой-норушкой или лягушкой-квакушкой, но решил, что его юмор могут не оценить.

– У вас сейчас лечится один мой знакомый… – начал он.

Однако тот же приветливый голос, не слушая его, продолжал:

– У нас в санатории вам предложат лечение органов опорно-двигательного аппарата и позвоночника, а также целый ряд комплексных оздоровительных программ для людей разного возраста и разного физического состояния. Наши опытные врачи помогут вам подобрать подходящую именно для вас программу, а квалифицированный персонал…

Маркиз понял, что нарвался на автоответчик, и повесил трубку, чтобы по наитию набрать номер ВИП.

На этот раз ему ответил не такой приветливый голос.

– «Теремок»! Слушаю!

– У вас лечится мой знакомый, Арсений Анатольевич Арбузов, – повторил Маркиз.

– Допустим, – отозвался «Теремок». – И чего вы хотите?

– Как я могу с ним связаться?

– Одну минуту…

В трубке наступила продолжительная тишина, время от времени прерываемая какими-то странными щелчками, потом тот же голос сообщил:

– Арбузов на процедурах. Перезвоните попозже.

– Вы уверены? – машинально переспросил Леня.

– Естественно! – И в трубке раздались гудки отбоя.

Итак, Арбузов на процедурах. Из этого следует, что он как минимум жив. Значит, он не тот, кого убили в океанариуме. Но каким-то образом связан с тем человеком.

Так что для того чтобы продолжить свою работу, Леня должен встретиться с заказчиком, сообщить о достигнутых результатах и потребовать дополнительную информацию. Он уже и так слишком долго изображал героя русской народной сказки, которого послали «туда – не знаю куда», чтобы принести «то – не знаю что».

Леня вошел в помещение шахматного клуба и огляделся.

Весь зал был заставлен столиками, за которыми сосредоточенные мужчины передвигали фигуры. Большая часть игроков была пенсионного возраста, хотя попадались люди и помоложе. Кто-то играл в полном безмолвии, кто-то, напротив, сопровождал каждый ход возбужденными восклицаниями или темпераментными комментариями.

В центре зала вокруг одного шахматного стола сгрудились взволнованные болельщики. Леня подошел к этому столу и увидел странную пару: мальчик лет двенадцати в аккуратном сером костюмчике играл черными против крупного, величественного старика с густой всклокоченной шевелюрой.

Старик протер очки, громко крякнул и переставил белого ферзя. Среди болельщиков пронесся восхищенный вздох.