Прошла целая минута, а его рука все так же была протянута ко мне. Я знала, что этим он хотел показать искренность, потому что Каспар всегда поступал так же, он никогда не сдавался. Поэтому я пожала его руку и простила.
Резкий порыв ветра ударил в стеклянную дверь так сильно, что стекла задребезжали в рамах. Дверь распахнулась, ударившись о стену и впуская в комнату ветер. Я вздрогнула, выпустив руку короля.
Владимир закрыл дверь, задернул занавески и со вздохом вернулся к объяснениям:
— Вчера рано утром мы узнали, что границы между первым измерением и нашим внезапно открылись. Атенеа отрицали, что это их рук дело, утверждая, что это сделала первая Героиня. Однако чуть позже охрана сообщила нам, что двое сагеан пересекли границу Варнли и направляются к Варнс-Пойнт. Я тут же приказал, чтобы зажгли сигнальные огни, желая созвать Совет, но эффект получился обратный. Спустя несколько минут я получил записку.
Король достал из внутреннего кармана камзола смятый листок бумаги и передал мне. Я взяла его, стараясь разгладить складки.
— Вы узнаете почерк? — Король отошел в сторону и оперся о стойку кровати. В этот момент он был очень похож на сына
Я покраснела, поняв, о чем думаю, и обратила все внимание на записку.
В центре листка было написано сообщение, краткое и содержательное.
Майкл Ли заключил сделку с истребителями, заказав им жизнь Кар мен. Его дочь знает об этом. Пьер может подтвердить.
Подпись отсутствовала; размашистый, небрежный почерк, будто писали в спешке, оказался мне незнаком. Было неприятно осознавать, что я держу в руках записку, которую написал человек, предавший меня. Еще более неприятным являлся тот факт, что в ней подчеркивалась моя осведомленность о поступке отца. Расчет был сделан на реакцию короля. Кто-то хотел убрать меня с дороги.
— Нет, — с трудом сглотнула я и вернула ему записку.
— К сожалению, не только вы, — вздохнул он. — Когда я прочитал ее в первый раз, мне показалось, что это розыгрыш, но время, когда партия вашего отца была избрана в парламент и когда моя жена поехала в Румынию, совпадало. Через час Пьер подтвердил то, что написано в записке. О том, что было дальше, полагаю, никто из нас не хочет вспоминать.
Даже в полумраке комнаты я заметила, что глаза его порозовели. Когда он перехватил мой взгляд, я отвернулась.
— Но не стоит возвращаться к прошлым событиям. Я сказал Каспару, что не против, чтобы он ухаживал за вами, хотя прошу не афишировать этого хотя бы до декабря. Я слышал, что вы дали Иглен у распоряжения относительно отца, и очень благодарен за то, что вы отсылаете его до нашего отбытия в Атенеа. — Он поклонился и отправился к выходу, но возле двери повернулся ко мне с улыб-
— Добро пожаловать в мое королевство, Леди Героиня! Мне осталось быть человеком всего сутки.
Виолетта
На улице было прохладно, капли дождя отскакивали от каменной балюстрады, ограждавшей нишу возле главного входа и поместье. Словно маленькие кусочки шрапнели, они рикошетили во всех на правлениях. Некоторые попадали мне на рубашку, уже порядком пропитавшуюся влагой. Я ловила капли руками, наблюдая, как они стекают по моим пальцам, загипнотизированная их хаотичным движением. Образовавшиеся в траве лужи быстро превратились в непроходимое болото. Дождь лил с такой же силой, как и пять-шесть часов назад, когда он только начинался.
«Отношения с девушкой, которой я мог вчера лишиться. Девушкой, которая вдохнула жизнь в это место. Девушкой, которая заставила меня снова научиться чувствовать».
Я обхватила себя руками, представляя, как он нежно обнимает меня, и поежилась от холода. Мне хотелось запомнить это ощущение. То, как ветерок холодит тело, как обжигает ступни мерзлый камень, как дождевая капля, попав мне на кожу, словно пытается проделать себе путь внутрь.
— Моя, — услышала я голос. — Вся моя. — И тут руки, затянутые в черные перчатки, легли мне на плечи.
Его волосы защекотали мне шею, когда он наклонился и поцеловал меня, без колебания положив ладони мне на грудь и прижимая к себе.
— Тебе нравится, детка? — промурлыкал он, сжимая мою грудь.
Я ответила ему вздохом, потому что воздух моментально покинул мои легкие. Принц усмехнулся, задрав мою рубашку. Я не успела среагировать, как в следующую секунду обнаружила, что стою в одних джинсах и бюстгальтере.
— Что ты делаешь? — Я скрестила руки на груди, заметив, что большие двойные двери широко распахнуты на ночь. Он не ответил, но схватил меня за руку и потащил ко входу, слабо освещен ному лампами. Я одна успела обуть сандалии, стоявшие- рядом. — Ты с ума сошел? Нac же увидят!
_ Пускай смотрят, — очистил он, увлекая меня на подъездную дорожку, посыпанную гравием. Он был слишком силен, чтобы я могла помешать ему, и упираться было бесполезно. Каспар убрал с моего лба мокрую челку. — Пускай видят, какая ты красивая.
Я протянула руку и смахнула волосы с его лба, пытаясь сдержать смешок.
— Ты же понимаешь, что идет дождь? И очень холодно?
