Мне казалось, что я смотрю на него, но я видела лишь темное не-бо, серое и опасное. Мне казалось, что я слышу его, но до меня доносился лишь вой ветра в ветвях деревьев. Мне казалось, что он говорит мне что-то, но я слышала лишь собственный голос, тихий и робкий по сравнению с раскатами грома.
— Они пришли за мной, я могу пойти домой… Каспар тихо заворчал:
— Нет.
— Я могу вернуться домой и увидеть друзей, пойти в университет…
— Нет.
— Увидеть семью.
— Нет.
— Увидеть Лили…
Холодное дыхание обожгло мои щеки. Каспар взял меня за руки
и прижался лбом к моей голове
— Я не могу отказать тебе в этом, — он взглянул на меня серыми, бесцветными глазами, которые, казалось, являются продолжением хмурого неба, медленно закрыл их и глубоко вздохнул. — Я буду об этом жалеть, Виолетта. Детка, иди домой, — сказал принц хриплым голосом.
Я вздрогнула.
— Что?
— Ступай домой. Беги от этой жизни, которая тебе не нужна, — процедил он с трудом.
— Но…
— Будь человеком.
Каспар поднес мою руку к губам, нежно поцеловав пальцы. Сжав мою ладонь, он отпустил ее и сделал шаг назад.
— Береги Лили, не отпускай ее.
У него был какой-то остекленевший взгляд. На какое-то мгновение мне показалось, что он плачет. Нет, не может быть. Каспар не плачет.
— Просто иди, пока я не передумал! Иди! — закричал он с горящими глазами.
Его худое лицо и туман, повисший над далеким морем, осветила первая молния, прорезавшая небо. Спустя секунду загрохотал гром. Следующая молния, изогнувшись зигзагом, ударила в дерево где-то в километре от того места, где мы стояли.
Попятившись и чуть было не упав, я начала медленно отступать от него, не в силах отвести взгляд от его глаз.
У нас было мало времени. От одной мысли о том, что истребители могут сделать с принцем, мое сердце сжалось от страха. Зная, что они пришли за мной, я задумалась: я могу пойти с ними, а могу отправиться домой самостоятельно.
Вспомнив об истребителях, я решила, что лучше останусь в лесу, полном вампиров.
Обезумевший внутренний голос подгонял меня быстрее при нять решение. Я перевела взгляд с деревьев, к которым собиралась бежать, на Каспара, замершего возле машины. На его лице застыло выражение, которого я никогда прежде не видела.
Когда наши глаза встретились, он отвернулся и начал садиться в машину. Ветер свистел в ветвях огромных деревьев. Грохотал гром, а по моим щекам текли слезы, смывая макияж, глаза горели, потому что я постоянно их терла кулаками. Послышался визг шин, и из-за поворота появились два автомобиля. Я вздрогнула, словно загнанный олень; сердце замерло. Сейчас совсем не подходящее время.
Быстро развернувшись, я подбежала к машине Каспара и устало рухнула на сиденье как раз в тот момент, когда он завел двигатель. Я громко захлопнула дверцу и услышала, как принц выругался.
— Какого черта?
— Я не могу уйти, просто не могу! — выдохнула я, развернулась и посмотрела на приближавшиеся машины. — О боже, они уже почти здесь!
— Хорошо, успокойся, просто пристегнись, — велел он, мне не надо было повторять дважды.
Машина резко тронулась с места, и меня вжало в сиденье, потому что Каспар сразу разогнал ее до такой скорости, которая явно была недопустима по правилам дорожного движения. Я больно ударилась головой о подголовник и крепко уперлась руками в бардачок. Если бы мы столкнулись с деревом на такой скорости, то неминуемо бы погибли.
— Хватит ныть! Если бы ты не хотела умирать, то поспешила бы домой к папочке! — напомнил внутренний голос.
Каспар постоянно посматривал то в зеркало заднего вида, то на Дорогу, то на меня. Я хотела вытереть слезы, но передумала, когда мы минули очередной опасный поворот.
— Нам просто нужно добраться до границ Варнли, осталось всего несколько километров, — пробормотал он тихо.
Я молча кивнула, не в силах произнести ни слова, когда мы преодолели еще один поворот. Шины противно завизжали. На спидометре стрелка перевалила за сто пятьдесят километров в час. На такой скорости обычный человек едва ли смог бы управиться с автомобилем даже на шоссе, не говоря уже об узкой, извивающейся лесной дороге.
— Какие у них машины? — спросил Каспар, когда мы подъезжали к очередному повороту, и резко выкрутил руль.
Автомобиль занесло так, что мы едва не зацепили ближайшее
дерево. Меня прижало к дверце, и я закричала от страха. Какие машины? — повторил он вопрос.
— Не знаю, — ответила я, бросив взгляд в зеркало заднего вида. — Там темно, черт! Какая разница? Сосредоточься на дороге!
— Хочу знать, сможем ли мы от них оторваться, — пояснил он на удивление спокойным голосом. — И не хочу бросать тачку, если только у нас не будет выбора.
— А, ну да, — согласилась я и присмотрелась. — Черные.
— Ладно, — бросил он. — Только не паникуй.
Не успела я понять смысл его последних слов, как он резко повернулся на сиденье и посмотрел назад, не убирая рук с руля машины, которая ехала теперь вслепую.
— Черт побери, ах ты…
Окончание моей фразы утонуло в оглушительном реве двигателя. Автомобиль начал съезжать с дороги к деревьям навстречу неминуемой гибели.
