— Первая Темная Героиня найдена. Но раз ты не веришь во все это, то забудь. Мы сообщим Ли, прежде чем завершится бал в честь празднования Бесконечности. — Он улыбнулся, словно какая-то мысль позабавила его, развернулся и скрылся среди деревьев.
На целую минуту повисла тишина. Даже птицы в гнездах не решались кричать в такой момент.
Значит, это правда. Атенеа были правы.
Мужчина в плаще спрыгнул с дерева, темной кляксой распростершись на земле. Ему надо спешить в Варнли. Но сначала нужно подкрепиться.
Истребитель не успел повернуться и достать кол, как вампир прыгнул ему на спину, повалив на землю. Клыки глубоко погрузились в шею жертвы, и кровь брызнула во все стороны. Лицо истребителя исказила гримаса боли, его тело обмякло.
Незнакомец, с губ которого стекала кровь, отшвырнул тело в сторону и исчез в темноте.
Он понимал, что если поторопится, то успеет к границе до восхода солнца. Возможно, даже раньше.
Король должен знать. Пророчество не врет.
Он вспоминал второй стих, хорошо известный всем в этом измерении, кроме людей. Первая Героиня найдена. Настал черед вампиров.
Виолеттa
Сегодня вечером состоится бал в честь празднования Бесконечности. Сегодня вечером меня принесут в жертву.
Я обняла себя за плечи. Оставалось совсем немного времени. Джон остановился возле меня, скрестив руки на груди. Мы находились неподалеку от холла, двери в который были широко распахнуты. Дворецкие молча стояли рядом с несколькими лакеями, одетыми в лучшую черно-белую форму, которая у них была. Их наряд довершали напудренные парики.
В коротком белом платье, которое сшили из лоскутов грубой ткани и кружев, с открытыми руками и плечами было очень холодно. На ногах у меня были легкие белые балетки.
Согласно указаниям в карточке, оставленной у меня в комнате сегодня утром, я распустила волосы безо всякой укладки, даже не расчесав. На мне не было никаких украшений, духов и косметики.
— Терпеть не могу ждать, — сказал Джон.
Это обычное замечание разрезало тишину, подобно ножу.
— Я тоже, — пробормотала я тихо, но он услышал.
— К тому же меня не будут кусать, как тебя.
Джон был старше меня лет на двадцать, но явно боялся семью, которую, держу пари, его любовь научила опасаться. Легкая рубашка Джона уже успела пропитаться потом, а лицо раскраснеться. Он вытер рукавом лоб, привалившись к мраморной стене.
— По крайней мере у меня есть причина находиться здесь. А тебя…
— Накажут? Да, я знаю. — Улыбка промелькнула на моих губах. — Но это значит, что у меня есть шанс увидеть тех, кто не считает меня дрянью. — Я пожала плечами, не сводя глаз с двери, которая вскоре должна была распахнуться.
— Мне очень жаль. Этого я не ожидала
Из-за чего?
Джон ответил не сразу. Я услышала шаги в коридоре, ведущем вглубь особняка, но они вскоре затихли. __ Из-за того, как они с тобой обращаются. Я сжала руки в кулаки.
— Мне не привыкать.
— Вот и зря.
Мне нечего было на это ответить. В следующее мгновение двери в бальный зал начали открываться. Я занервничала. Массивное помещение освещали тысячи зажженных свечей: некоторые горели голубым пламенем, другие оранжевым. Черные портьеры закрывали высокие окна, за которыми была одна лишь тьма. Белый в золотую крапинку мрамор стен терялся в тенях, а высокие колонны уходили куда-то ввысь над тысячами вампиров, замерших в зале. Они стояли неподвижно, словно высеченные из гранита статуи. Некоторые застыли в танце, другие с бокалами в руках, кто-то только-только начал спускаться по лестнице с балкона.
Все они были одеты в цвета своих семей, в основном темные. У женщин был отличный макияж, перья, бусы и увядшие лилии украшали их волосы. У мужчин к поясам были прикреплены мечи.
Официанты замерли с подносами, на которых стояли тонкие бокалы, наполненные, несомненно, кровью, и небольшие тарелочки с аккуратно нарезанными кусочками мяса. Как и у дворецких, у них были напудренные парики, четко выделявшиеся в полумраке.
Но сильнее всего меня поразили цветы, свисающие с потолка: розы, черные розы с белыми листочками, причудливо переплетающиеся, стелющиеся по стенам и обвивающие колонны, и даже частично трон короля. Ряды ваз с цветами украшали столы, а между тарелками с едой были набросаны лепестки роз. Некоторые цветы развесили даже на люстре и по краям помоста для оркестра, который занимал большую часть дальнего угла зала. Музыканты были единственными, кто не застыл, музыка продолжала литься из их инструментов. Какая-то удивительно красивая женщина, одетая в красное платье, замерла перед оркестром.
— Виолетта, — сказал Джон, не отрывая взгляда от этого завораживающего зрелища. — Вампиром следует становиться, только если имеешь серьезную причину.
Музыка заглушила его последние слова. Мне не хотелось отвечать на это замечание, которое казалось таким точным в сложившейся ситуации.
Я начала подниматься на маленький балкон, выходивший в бальный зал, аккуратно ступая по мраморному полу, стараясь не дрожать, чтобы не показывать страх и неуверенность, и крепко цепляясь за перила.
