Ужин в Санлисе полностью

(Отступает, щурится, словно художник.) Так! Вы прекрасно ладите друг с другом; вы пожилая чета, живущая в полном согласии… Сдвиньте ваши кресла!

Они выполняют его указания.

Прекрасно!

Филемон(вдруг начинает рыться в карманах). Черт, совсем позабыл!

Жорж. Что такое?

Филемон. Да так, мелочь, пустяк, но он необходим для полноты картины. Я надену орден Почетного легион. (Вставляет в петлицу розетку ордена.)

Жорж(смотрит на них, потом шепчет). Как приятно, когда грезы сбывают наяву!

Пауза. Стенные часы мелодично отбивают восемь ударов.

Уже восемь. Сейчас она придет. Да, забыл… Вы, конечно, играете, мадам? Я сказал Гийотару, что мне нужна дама, умеющая играть на рояле.

Мадам Монталамбрёз. Я заняла второе место при окончании Аркашонской консерватории!

Жорж. Отлично! Значит, вам нетрудно будет разобраться в этих нотах. Это песенка, которую я слышал как-то вечером, очень давно… Мне было лет десять… Я бродил по улицам один… Эта мелодия лилась из освещенного окна… Вскарабкавшись на тумбу, я заглянул в комнату. В старомодной гостиной, похожей на эту, играла на пианино девочка с косичками, а вся семья слушала, собравшись вокруг.

Мадам Монталамбрёз(постепенно разбирая ноты и негромко наигрывая). Это вальс Оливье Метрá

Жорж. После того, как я увидел эту девочку, я целых два месяца напевал этот мотив во всех музыкальных лавках, пока один продавец не узнал песню и не нашел мне ноты… Я пел в течение двух месяцев, а пою я фальшиво; и понадобилось немало терпения… как мне, так и продавцам, конечно. Ах, я забыл еще одну вещь! (Выбегает.)

Филемон. Вот чудак! Мы сглупили, надо было запросить на сто франков больше.

Жорж возвращается с увеличенной фотографией, завернутой в газету.

Жорж(разворачивая портрет). Это моя мать, снятая на народном гулянье приблизительно тогда, когда… (запинается) словом, когда я ее потерял. (Озирается, ища место для портрета.) Я повешу его вот здесь. (Снимает портрет старика.) Пусть этот старый хрыч с бородой, судя по всему, хорошо воспитанный, будет так любезен и уступит свое место! (Ставит портрет старика за кресло, оглядывается и говорит насмешливо.) Теперь в этом доме будет хоть что-то настоящее!

Входит метрдотель.

Метрдотель. Прошу извинения у мсье! Мне известно, что обед заказан на четыре персоны, но, поскольку… у нас в доме живут на широкую ногу… Словом, на сколько персон накрыть?

Жорж. На пятерых.

Метрдотель. Слушаюсь, мсье. Я так и думал. (Направляется к выходу ворча.) Вечно одно и то же!

Жорж(вдогонку). Да вы не беспокойтесь, все равно услугами ресторана Шовин воспользуются только четверо. Пятый гость не придет.

Метрдотель(сначала озадачен, потом, решив, что понял, очень доволен своей догадливостью). Ага, в таком случае прошу мсье извинить меня! Это, без сомнения, прибор для бедняка?

Жорж вопросительно смотрит на него.

Да, у герцога, где строго соблюдались все обычаи, по праздникам всегда ставили на конце стола лишний прибор бедняка.

Жорж. И бедняк когда-нибудь являлся?

Метрдотель. Нет, мсье, никогда. Прибор для него ставился, но, поскольку никто не давал себе труда известить его об этом… (Махнув рукой, выходит с торжественным видом.)

Сейчас же раздается звонок, затем другой.

Жорж. Два звонка, это она! Я сказал ей, чтобы она позвонила два раза. Скорее по местам! Вы, мадам, за пианино, начинайте играть. Ты, папа, стоишь сзади и слушаешь. Я читаю. Импровизируйте, но осторожно и не спускайте с меня глаз. Я остановлю вас, если наступит опасный момент. Впрочем, вы уже достаточно знаете для того, чтобы превосходно сыграть свои роли.

Мадам Монталамбрёз. Но вы! Что нам известно о вас?

Жорж. То есть как?

Мадам Монталамбрёз. Она, конечно, будет говорить о вас. А вы ничегошеньки не рассказали ни о своем характере, ни о своей прежней жизни!

Жорж. Господи, в самом деле! (Идет к двери, зовет.) Эмиль! Эмиль!

Появляется метрдотель.

Метрдотель. Что, мсье? Я иду открывать.

Жорж. Это девушка, которую я жду. Но не торопитесь открывать, не торопитесь докладывать. Задержите ее, насколько сможете!

Метрдотель уходит.