Кирилл. Мою жизнь пожар разделил на до и после. Он забрал моих родителей, сестру и мою жизнь. Вернее то, что я называл жизнью. Оставив шрамы на моем лице и теле, но это не сравнится с теми шрамами, что остались в моей душе. Все отвернулись от меня, я же урод и моя жизнь превратилась в ад. Я прятал лицо за маской выходя на улицу, чтобы не пугать людей. Я свыкся с ней через какое-то время, пока не встретил Олесю. Я ни за что не покажу ей своего лица. Олеся. Взгляд незнакомца приковал меня к месту. Его лицо скрывала маска, но невероятно красивые карие глаза я уже не забуду никогда.
Возвращаюсь с вечеринки от Антона домой. Как всегда тухляк. Не люблю вечеринки из-за громкой музыки. Голова сразу начинает болеть. И Алиса психанула на меня, что я собрался домой в самый разгар вечеринки, но меня, что-то толкало вернуться домой. Почему-то возникло чувство тревоги.
Когда такси повернуло в наш проулок, у меня сердце чуть не выскочило из груди. Наш дом полыхал огромным заревом пожара. Я схватил телефон и стал вызывать пожарных. Как только таксист остановился, я вылетел из машины и побежал. Была ночь, родители и сестра спали уже. Я стал звать их, но никто не отвечал, и на улице никого не было. Я, надеялся они выбрались, но решил пойти во внутрь дома. Как только вошел, ощутил жар. Пекло как в аду, смотрю на верх, и волна отчаяния захлестывает меня. Спальни родителей и сестры на верху, а там все полыхает и огонь уже на первом этаже. Запах гари невозможный. Подбегаю к лестнице на второй этаж.
— Мам! Пап! Лиза! — кричу в отчаянии, не могу пройти дальше огонь повсюду уже. Слышу треск над собой, из — за дыма плохо вижу. Через секунду ощущаю сильную боль и жар на спине и падаю под весом тяжести, что свалилась на меня. Что-то упало на меня сверху и прижало меня, не могу вылезти, спину жжет, аж сил нет, кричу от боли. Рядом огонь разгорелся и обжигает лицо. Наверное, это конец. От едкого запаха гари не возможно дышать и все плывет перед глазами. Слышу чьи-то голоса вдалеке. Но сознание куда-то уплывает.
Открываю глаза и ощущаю резкую боль. Пытаюсь осознать, где я. Лежу на животе на кровати, наверное, в больнице. Перед глазами всплывают картинки прошлого. Пожар, дом, родители, сестра. Надеюсь, они выбрались. При каждом движении тела спину накрывает волной боли. А лицо, что с лицом? Провожу руками по бинтам и ничего не понимаю. Надо встать. Пытаюсь подняться, сажусь, а затем встаю с кровати. Подхожу к зеркалу в палате. Моё лицо забинтовано. Смотрю на спину, поперек спины наложена повязка. Кошмар! На кого я буду похож. На лице наверняка шрамы останутся.
Через некоторое время в палату заходит врач.
— Здравствуйте, как вас зовут? — спрашивает он.
— Кирилл Иванов — отвечаю.
— Хорошо.
— Мои родители и сестра, скажите, где они? Они были в доме.
— Ваши родственники умерли, мы ничего не смогли сделать.
Умерли! Как!
— Как они не выбрались?
— К приезду пожарных они уже задохнулись, а вас удалось вытащить.
То есть когда я пришел, они уже умерли, и я зря зашел в дом. Зря?!
— Что с моим лицом, останутся шрамы?
— К сожалению да, но сейчас средствами пластики вы сможете немного улучшить ситуацию попозже.
— Я хотел бы увидеть родных.
— О, сейчас там работают полицейские, но позже я смогу вас проводить.
— Хорошо.
Врач уходит.
Как могло так получиться? Их нет, я не могу поверить в это. В душе пустота. Нужно же организовать похороны, а у меня совсем нет денег. Нет денег, нет дома, нет родных, ничего нет! Это сон и я скоро проснусь, наверное. Я лег на кровать, забыв про спину, и тут же повернулся на бок от обжигающей боли. Чёрт! Это совсем не сон. Я прибывал в каком-то странном состоянии, ощущение, что это происходит не со мною.
Через час ко мне зашли полицейские и стали расспрашивать меня, где я был вчера вечером. Я все им рассказал.
Они сказали, что причина пожара проводка, было короткое замыкание и отдали акт обследования.
После ухода полицейских пришёл врач и проводил меня к родным.
В помещении было очень холодно и жутко. У меня в голове не укладывалось ничего. Когда мне показали родных, мне показалось, они спят. Так мирно, что захотелось разбудить. И я принялся трясти отца, он был ледяной, просто застывший. От прикосновения к нему по телу пробежала дрожь. Меня оттащили от них и поставили какой-то укол, после которого я выключился.
Очнулся я в палате. Похоже, что проспал всю ночь, и это было утро.
— Иванов на перевязку, быстро — кричала сестра у входа в палату.
Я еще не был там и не представлял, что это такое. Зашел, лучше бы бежал отсюда. Меня посадили на кресло и стали привязывать руки и ноги.
— Зачем это? — спрашиваю.
— Чтобы не убежал — смеется сестра.
Когда начали снимать бинты, я понял зачем. Это не просто больно, это адски больно, словно сдирают кожу с тебя. Я кричал, но это их не останавливало. Закончив с лицом, они продолжили со спиной. Через десять минут моя экзекуция закончилась и меня отпустили.
Я кое-как дошел до палаты и упал на бок на кровать. Не было сил ни на что. Что мне делать? Нужны деньги. Странно никто из друзей даже не позвонил мне за это все время. Алиса даже не написала ничего. Всем пофиг на меня. У мамы была троюродная сестра тётя Женя, может быть ей позвонить, может, поможет.
Нахожу её номер и звоню.
— Привет Кирюша — говорит тётя.
— Здравствуйте — отвечаю — у меня не очень хорошие новости.
— Я все знаю, вчера в новостях прочитала про вас. Как ты?
— Я. Не очень. Мне, у меня нет денег совсем на…
— Кирилл не переживай я все сделаю, я уже начала подготовку и сегодня приеду к тебе.
— Спасибо тёть Жень.
Неужели хоть кто-то придет.
— Не благодари. И не вешай нос, понял.