Похоже, или забрать или уничтожить что-то. А может охрана? Нет, просто нет смысла. Или у них сейчас задача охранять дом от проникновения до прибытия подмоги или братца людоеда? Тогда было бы логичным проверить дом и зачистить гостей. Непонятно. А ещё неизвестно знают ли они о нас. Труп бандита точно перед входом. Но они не заходят. Странно. Если конечно этот Владеющий, а по-русски маг, не чувствует каким-то “взором жизни” моих подопечных. Тогда дело приобретает скверный оборот.
Пока я размышлял, мои не переставали заниматься полезным делом. Они успели собрать оружие без моих отеческих наставлений, даже перетащить что-то из тайной комнаты. Гости с улицы никак себя не проявляли.
Момент, когда все изменилось, я почувствовал самостоятельно. Вовне как бы за пределом моего восприятия, близко и при этом далеко появились какие-то сильные возмущения энергии, которая частично пополнила меня. Ощущения вообще были весьма двойственные и непривычные. Они отдались внутри меня какими-то вибрациями. И тут же со мной связался Горх. Точнее он протянул ко мне канал, и я принял его.
В то же мгновение на меня обрушился поток образов из дыма, который валит с нижнего этажа, какой-то вспышки и куча хаотичной информации вперемешку с эмоциями волнения, предвкушения и готовности отдать свою жизнь. Я матюгнулся про себя. Это геройство явно ни к чему. Благо сумел не послать свою ругань по каналу связи, а то был бы тот ещё удар для моего авторитета "великого духа". Уже был готов начать отвечать, ибо нарисовал у себя в голове картину штурма нашего дома какими-то магическим спецназом, однако Горх смог видимо взять себя в руки, и по связи пошла уже более стабильная информация. Оказывается маг просто начал кидать на первый этаж огненные шары. Эти гады решили нас спалить, что и подтвердил Горх следующей мыслеречью, которая на этот раз была вполне себе красочной.
Горх медленно распрямился над закручивающимся предателем и, оскалившись, стукнул его по голове, отчего тот снова упал в забытье. Он ничего не чувствовал когда выполнял указания Великого Духа. Дети, а это именно дети, просто ожесточенные человеческие дети, не смогли бы так легко все сделать. А Горх воин. Хоть и неопытный, но воин. Он воспитывался по традициям двух истинно воинственных народов. И согласно его воспитанию нет ничего хуже, чем предательство. Северяне бы заморозили такого насмерть или отдали Едокам из последователей страшного духа Селекционера на съедение. А Ахулы… Тут зависит от того к клану каких сторонников он бы относился. Если сторонников Морской орды, то его бы тащили под килем с множеством порезов, прям по водам красных акул. И его бы рвали под килем множество хищных, агрессивных, но небольших акул. Если же смотреть на традиции Древних Мок”Ран, ему бы отрезали руки и ноги, выкололи один глаз и уши. Вылечили и оставили на улице или повесили на воротах, если это государственный преступник, кормя каждый день. Ахулы же Ориса клановому предателю вскрыли бы грудную клетку и запустили туда хищных муравьев, магией поддерживая жизнь.
Так что Горх не видел ничего такого в наказании предателя. Даже более того, где-то в глубине души он считал, что Великий Дух обошелся с ним слишком мягко. Возможно ритуал, о котором говорил Дух и был более жесток к предателю, но… Дух мудрый. А еще не гонится за силой, подставляя своих последователей и даже его, должника, под удар. Хотя честь Горха и не позволила бы не выполнить приказ. Он даже специально передал это Духу.
Все-таки возможная гибель отца, а в то, что тот смог уйти Горх как бы ни хотел, не особо верил, сильно его подкосила, и он разрывался между обещанием продолжить род и погибнуть в бою. Он чувствовал себя одиноким. Горх не сказал, но его матушка погибла за два года до того, как Горх стал воином. Жара Ориса и болезнь ее доканала. Причем был слух, словно эту болезнь подослали Ваньяры — остроухие, высокомерные ублюдки. Более высокомерные по слухам только светлячки аурилы и утраньяры. С последними-то понятно, гадкие скверныши, погрязшие в грехе Гордыни их бога.
Горх чувствовал себя одиноким. И к его удивлению, стал более собранным и несколько спокойнее, когда признал долг перед Духом. Появилась какая-то определенность. Да и слова Духа, сказать по правде, запали ему в душу. Особенно, что тот не отверг его, а даже оценил… Если конечно это не кружева чтобы заманить его, Горха, в ловушку, а потом просто использовать и поглотить. Судить надо не по словам, а по делам, как говорила его матушка. А отец дополнял — следить надо внимательно.
С этими мыслями Горх разогнулся и оглядел комнату в тусклом свете стоящей на полу лампы. Все было готово. Парень что-то шептал девочке, а та очень сильно волновалась. Огонь все разрастался и уже начал подниматься по лестнице.
— Юдишка, как там тебя… Скверна, забыл его имя. Да-да, ты. Куда нам уходить? Великий Дух сказал уходить. Сейчас огонь запрет нас и мы не сможем выполнить его приказ.
