Узник второй авеню полностью

Эдна. Ведь мы же, по-моему договорились насчёт моей работы. По-моему мы твёрдо решили, что мне лучше поработать, пока не найдётся работа для тебя.

Мел. Разве я жалуюсь? Ты так заботишься обо мне! Платишь за квартиру, покупаешь продукты, купила мне красивую новую спортивную куртку… Может, в будущем году возьмёшь меня с собой в путешествие на Гавайи.

Эдна. Ты хочешь, Мел, чтобы я бросила работу? Ты же знаешь: тебе стоит слово сказать, и я в тот же миг уйду.

Мел Только не на этой неделе. В пятницу будут передавать беседу Маргарет Трумэн с Бесс Майерсон, и я хотел бы спокойно послушать.

Эдна бросается на кухню. Там она останавливается перед плитой и в бессильном гневе колотит по ней кулаком.

Мел(Наконец, после долгого молчания). Ты наверно думаешь, что я плохо искал? Думаешь, что я мало пытался? Ведь ты это думаешь, да?

Эдна(из кухни). Нет, Мел. Клянусь тебе, нет. Я знаю: ты приложил все силы.

Мел. Для сорокасемилетних мужчин работы нет вовсе… Ни какой! (Берет в руки номер «Нью-Йорк таймс»). Вот! Почитай! Это черным по белому написано в «Нью-Йорк таймс». Я вышел в холл и украл газету из ящика соседей… Эдна, вот до чего я дошел: я краду газеты!

Эдна(приносит из кухни кастрюлю с горячей едой). Не будем больше говорить об этом, ладно?

Мел. Молока хочешь? Я могу красть две кварты молока каждое утро. Если на мне будут домашние туфли, никто ничего не услышит.

Эдна. Перестань, Мел. Совсем не смешно.

Мел. Я просто стараюсь внести свою долю, Эдна… Должен же я внести посильный вклад в хозяйство.

Эдна(накладывает ему на тарелку). Вот, ешь. Обед я готовила тебе в последний раз. Обещаю больше этого не делать.

Мел. Да и зачем тебе утруждать себя! Когда в это время ты можешь уютно сидеть без туфель в каком-нибудь славном японском ресторанчике, кушая сукияки вместе с мистером Куперманом.

Эдна. Я никогда не ела сукияки с мистером Куперманом.

Мел. Ну, тогда феттучини с мистером Фейдельсоном, а? Послушай, я же знаю, что твориться во всех этих конторах. Сам был парнем из конторы…

Эдна. Зато я не девочка из конторы.

Мел. Как же получается, что ты приходишь домой в семь, хотя всем известно, что после пяти никто не работает?

Эдна. Я работаю после пяти.

Мел. Интересно, где? У ночного сторожа? Чего там, я всё понимаю. Надо немного выпить перед приходом домой, чтобы легче было смотреть в лицо маленькому человечку.

Эдна. Я не верю, что ты можешь так думать.

Мел. Ты сама так думала, когда я приходил в семь… Думаешь, очень приятно целый день сидеть дома и неотступно думать о том, что происходит в этой конторе? Сама бы попробовала.

Эдна. У меня такое чувство, словно это мою жизнь я вижу на киноэкране, прокрученную от конца к началу.

Мел. Может, поэтому я и не могу найти работу. Может, одень я парик, туфли на высоких каблуках да кржевные трусики, меня бы мигом наняли.

Эдна(ставит блюдо). Суфле оставляю на столе. Хочешь — ешь, не хочешь — не ешь. Поступай как тебе угодно. Я ухожу. Когда ты такой, с тобой невозможно разговаривать.

Мел(с издевкой). Желаю приятно провести время, дорогая. Не слишком утруждай себя работой. Оставь немного денег на прачечную.

Эдна(направляется к двери, потом останавливается). Знаешь, что я тебе посоветую, Мел?

Мел. Что? Что ты мне посоветуешь, Эдна?

Эдна. Вот что: или возьми себя в руки… или ищи кого-нибудь, кто бы помог тебе.

Мел. Не нуждаюсь ни в чьей помощи. Мне и самому-то делать нечего. Я ведь не у дел.

Эдна. Ты знаешь о какой помощи я говорю? О медицинской. Обратись к врачу. К врачу, который смог бы говорить с тобой и вразумлять тебя, потому что у меня больше нет ни сил, ни терпения!

Мел(смотрит на нее и улыбается). Ты считаешь, что у меня воображение разыгралось, да? Боже мой какой наивность! Ты ни малейшего понятия не имеешь о том, что происходит. Наивна до смешного.

Эдна. О чем ты, Мел? Скажи же тогда, что происходит.

Мел(ухмыляется с видом человека, знающего какую-то тайну). Ты думаешь это простая случайность, что я не могу найти никакой работы? Думаешь, мне просто не везет? Дескать это просто полоса неудач — так ведь ты считаешь?

Эдна. Я считаю, Мел, это время такое. Мы переживаем трудные времена.

Мел. Неужели ты ничего не подозреваешь? Не догадываешься об истинной причине?

Эдна. О какой причине? О чем ты говоришь, Мел?

Мел. Я говорю о заговоре, Эдна. Существует заговор.

Эдна (окидывает его долгим взглядом). Какой заговор, Мел?