Узник второй авеню полностью

Эдна. Я звонила. Приходил мастер. Он не нашел никаких неисправностей.

Мел. Как это — «никаких неисправностей»? Я поставил регулятор на «тепло», а у нас минус одиннадцать градусов.

Эдна(со вздохом садиться). Ну, какие минус одиннадцать, Мел? Холодно, конечно, но не минус одиннадцать.

Мел Хорошо, минус семь. Минус два. Плюс пять. Но не девятнадцать-двадцать тепла, температура для нормального человека.

Эдна(сидя на диване). Завтра снова вызову мастера.

Мел. К чему эти надписи на регуляторе: «холодно», «умерено», «тепло»? В какое положение его не ставь, всё равно получается холодно. «Тепло» — это «холодно», «умеренно» — «холодно». Если в один прекрасный вечер я поставлю регулятор на «холодно», утром понадобится огнемёт, чтобы извлечь нас отсюда.

Эдна. Чего ты хочешь, Мел? Хочешь, чтобы я выключила кондиционер? Или оставить его включённым? Скажи только, что я должна сделать.

Мел. Иди спать.

Эдна. Не могу я спать, когда ты нервничаешь.

Мел. Я не нервничаю — я замерзаю. Двадцать третье июля!

Садится на диван.

Эдна. Ты нервничаешь. Ты нервничал, когда пришёл сегодня вечером домой. Ты нервничал всю неделю. Хочешь лечь здесь? Я постелю.

Мел. Здесь и сидеть-то нельзя! (Вытаскивает из-за спины стеганые подушечки). Зачем ты насовала повсюду эти дурацкие подушечки? Тратишь на стулья восемьсот долларов, а потом не можешь на них сидеть, потому что дурацкие подушки врезаются тебе в спину. (Швыряет одну из подушечек на пол).

Эдна. Я уберу подушки.

Мел. Эдна, ради бога, иди в спальню, я приду попозже!

Эдна. Нет, дело не в кондиционере. Не в подушках. Тут что-то другое. Что-то тебя тревожит. Я же вижу. Когда ты становишься таким, это неспроста. Что стряслось, Мел?

Мел. (трет лицо ладонями). Ничего. Устал я. (Встает и направляется к двери на лоджию).

Эдна. Мел, я все равно не сплю, скажи, что тебя беспокоит?

Мел. Говорю же тебе, ничего… Не знаю. Всё. Эта квартира, этот дом, этот город. Вот послушай! (Открывает дверь на лоджию. Слышен шум уличного движения). Половина третьего утра, где-то в другом конце города едет автомобиль, и нам всё слышно… Я думал, на четырнадцатом этаже будет тихою Как же! Грохот метро здесь слышнее, чем в самом метро… Эта квартира прямо какая-то антенна. Она улавливает каждый звук с улицы, Весь городской шум!

Эдна. Мы живём тут шесть лет, и раньше шум тебе не мешал.

Мел. А теперь мешает, не знаю почему. Наверно, с возрастом становишься более чувствительным к звукам, к шуму. Ко всему. (закрывает дверь и оглядывает себя). Ты видишь? Стоило на десять секунд открыть эту дверь — и готово, пижаму надо стирать.

Эдна.(успокаивающе). Так сними её, я принесу чистую.

Мел.(расхаживая по комнате). Невероятно! Половина третьего утра, а у них (показывает на стену) продолжается тарарам!

Эдна. Какой тарарам?

Мел. Ты что, насмехаешься? Может, еще скажешь, что ничего не слышишь?

Эдна. (озадачена). А разве что-то слышно?

Мел. (приближаясь к стене и по-прежнему указывая на нее). Вот что! Вот что! Или ты оглохла? Неужели не слышишь?

Эдна. Наверно, оглохла. Ничего не слышу.

Мел. Да слушай же, ради бога… Ну, слышишь? «А дождик капает ему на голову…» (поёт) Ла-ла, ла-ла, ла-ла, ды-да… «они ему не по ноге…» Не может быть, чтобы ты не слышала!

Эдна Слышу, как ты поёшь, больше ничего.

Мел (уставясь в стену). Это те стюардессочки с немецкой авиалинии. Хорошенькая пара! Что ни вечер — у них новые гости. То два хоккеиста, то два баскетболиста! Какая бы команда ни явилась в город — все они, победители и побежденные, завершают свои игры здесь… И так каждую ночь! Где-то летает авиалайнер, пассажиры которого должны сами обслуживать себя сами, потому что эти потаскушки никогда не выходят из квартиры. (Схватив Эдну, тянет ее к стене). Подойди-ка сюда! И ты будешь уверять меня, что не слышишь вот это?

Эдна (приложив ухо к стене). Вот теперь слышу.

Мел. Ну вот! Чего же удивляться, что ночью я не сплю?

Эдна. (отходя от стены). Не ложись головой к стене. Спи в спальне.

Мел. Эй вы, там, прекратите! Полтретьего утра, черт вас дери! (Стучит в стену, потом, перестав, разглядывает место, куда стучал; показывая на стену). Посмотри, стена треснула. Я до нее еле дотронулся, и нате вам — вон какая трещина!

Эдна. В этом месте уже была трещинка. Откуда-то сверху течет — там лопнула труба.