Крестьяне, прибывшие на заселение новых земель к югу от Альбигунда вдоль гряды Серых гор, не боялись никого и ничего. Горожане догадывались о повадках, как минимум, некоторых из них, а потому и избегали поселенцев. Нирана же, погруженная в собственные раздумья, напрочь потеряла осторожность и, как результат, оказалась с ними наедине у самой набережной в закатный час.
Из-за всех сил она стонала и дергалась в руках негодяев, но солнце уже садилось, а поблизости не было никого. Ее и без того приглушенное мычание терялось в звуке морского прибоя.
Осознав, что в сознании девушка им не дастся, один из проходимцев схватил ее за волосы и замахнулся кулаком, но не успел: пришедшая с моря высокая волна с головой накрыла негодяев, а вместе с ними и Нирану. Чудесным образом море освободило ее и бережно вынесло на берег.
Едва опомнившись, она бросилась бежать, что было сил. Дома она поспешила рассказать все брату, который едва прознав о случившемся отправился с жалобой прямо в ратушу. Когда же Тадрин возвратился, он обнаружил сестру у широко раскрытого окна. В тусклом свете звезд по ее щекам, сверкая стекали прозрачные слезинки.
-Нирана, что-то произошло? - испуганно спросил он сестру, уже собираясь идти за копьем, чтобы на сей раз лично поквитаться с негодяями.
-Нет...ничего... я просто знаю теперь, что он не забыл меня, а все так же любит и хранит...
Парусник во мраке
Дни снова потянулись бесконечной чередой. Нирана смогла устроиться помощницей к старой ткачихе. Работа ее не радовала, но и оставаться иждивенкой она также не пожелала. Каждый вечер, несмотря на все запреты брата, она приходила к морю, стараясь поспеть в одно и то же время.
Ровно в шесть вечера Нирана появлялась на набережной и, не произнося никому из встречных ни единого слова, молча следовала вдоль берега, обратив взор к морю. Альбигундцы, сперва не придававшие значения ее прогулкам, со временем стали все больше обращать на нее внимание.
Мало кто знал всю ее историю, но слух был пущен быстро. Собиравшиеся в сторонке шепотом жалели сумасшедшую, по их мнению, девушку, осуждая бросившего ее легкомысленного молодого человека.
Нирана догадывалась о предмете их беседы, но не вмешивалась. Чужие разговоры не имели для нее никакого значения. В случившемся она не винила Элиффина, понимая, что иное его решение так же разлучило бы их, но при этом погубило бы и весь остальной мир. И все же Нирана не оставляла хрупкой надежды.
Навстречу ей изредка попадались торопившиеся с моря грузчики и купцы, плотники, строители и влюбленные пары, пришедшие полюбоваться закатом. Нирана молча созерцала чужое счастье, не поддаваясь зависти, но лишь мечтая о своем. В один из дней она себе призналась, что готова отдать всю жизнь за то, чтобы встретить с ним лишь один закат, любуясь морем, бухтой, белоснежными парусами кораблей и зеркальной морской гладью, искрящейся в оранжевых лучах заходящего солнца.
В один из дней, бродя вдоль набережной, она увидела парусник с бирюзовыми парусами, совершенно отличный от всех прочих. Он настолько заинтересовал ее, что она поспешила подойти к его владельцам, дабы разузнать о корабле, как можно больше.
-Здравствуйте...у вас такое необычное судно...-промолвила она первое, что пришло ей в голову.
-Благодарю, сударыня, корабль действительно чудный и, совсем скоро, он будет полностью готов, - живо отозвался высокий гламарин, занятый поправкой мачты. Его друзья тем временем красили дощатый пол.
-Куда вы поплывете? - поинтересовалась из любопытства Нирана.
-На родину... на юге лежат наши древние земли, мы вернемся в Ансапиен и восстановим его, соберем всех тех, кто уцелел и город возродится.
Говорил с ней не кто иной, как Фордус, один из тех, кто сопровождал Элиффина в сокрытой пустоте, но Нирана его не признала.
Внезапно один из спутников Фордуса заиграл в горн. Все прочие, не медля ни секунды, в едином духовном порыве повернулись лицом к морю и опустились на колени.
-Ам Сапиен мордран фьорден люминум...ава бараланор льюрен... - провозгласил Фордус.
Догадавшись, к кому обращаются прекрасные гламарины, Нирана осторожно забралась на палубу и молча последовала их примеру. Но едва опустившись на колени, она не выдержала и горько заплакала.
Фордус не посмел прервать ее, но дождавшись, пока она сама престанет, осторожно спросил:
-Почему ты плачешь? Хотя, постой...я, кажется, вспомнил тебя...Нирана, правильно? - догадался, наконец, Фордус.
-Да, теперь и я тебя узнаю, - попыталась улыбнуться она.
-Он покинул нас...теперь он высоко, там, где ночь, как день, и звезды никогда не гаснут... - грустно промолвил Фордус, - я понимаю тебя...мне очень жаль...
-Он давно позабыл про меня, но я не могу найти себе места на этой земле...миновала и осень, и зима, но каждый новый день заставлять страдать еще больше, - призналась Нирана.
