– Что, например? – пожала плечами она.
– Не знаю, – повторил ее жест Регулус и сделал вид, будто задумался. – Например, все, – легко предложил он.
Гермиона посмотрела на него. Блэк умудрялся держать спину прямо, даже опершись на спинку дивана и совершенно расслабившись. Глядя на нее, он опять склонил голову так, что расстегнутый ворот чуть касался щеки, в неровных отсветах пламени то и дело сверкала цепочка, выглядывающая из-под рубашки. Опять эта цепочка! Гермиону вдруг охватило непередаваемое чувство, граничащее с восторгом, теплое и воздушное – такое она испытывала в детстве, глядя, как ввысь взмывают воздушные змеи: казалось, она и сама вот-вот воспарит над землей. Не в силах противиться внезапному порыву, она как можно крепче обвила Блэка руками вокруг пояса и уткнулась лицом ему в грудь, вдыхая его запах. От нахлынувших эмоций хотелось просто бессвязно запищать.
– Ого, – по тону Регулуса было слышно, что он растерялся. Он неуверенно обнял ее в ответ.
– Регулус, – выдохнула Гермиона в его рубашку. Просто произносить его имя было непередаваемым удовольствием, и Гермиона подумала, что от счастья сейчас вполне может сойти с ума. Если еще не сошла. Ей хотелось, чтобы это мгновение длилось вечно – вот так бы и просидела всю оставшуюся жизнь, крепко сжимая его в объятиях, вдыхая теперь уже такой родной запах. «Люблю, люблю, люблю», – в голове билась только одна мысль. Гермиона прижалась щекой к его груди, слыша, как учащенно бьется сердце Блэка прямо у нее под ухом. Она зажмурилась.
– Неужели это не сон? – помимо воли вырвалось у нее.
Регулус не ответил, только крепче обнял ее. Сейчас она не представляла, как могла раньше жить без него, жить, зная, что его не было в этом мире. Регулус Блэк. Регулус. Только сейчас Гермиона вспомнила, что так называется самая яркая звезда созвездия Льва. На самом деле его имя как нельзя лучше подходит ему, хотя он, возможно, и не согласился бы.
– «Хотел бы я знать, зачем звезды светятся. Наверно, затем, чтобы рано или поздно каждый мог снова отыскать свою», – прошептала она.
– И снова Сент-Экзюпери, – в голосе Регулуса слышалась улыбка. – Будем считать, что это наш с тобой особый писатель. Знаешь, ведь у всех пар есть нечто особо…
Гермиона подняла голову и заглянула в его темные мерцающие глаза. Он улыбнулся.
– Я хочу сказать тебе кое-что, – взволнованно прошептала она. – Только ты сейчас не говори ничего в ответ, пожалуйста. Не сейчас. Возможно, когда-нибудь потом… я надеюсь…
Регулус недоуменно нахмурился.
– Что… – начал он, но Гермиона накрыла его губы пальцами.
– Я хочу сказать, что я… – у нее перехватило дыхание…
И в этот миг дверь распахнулась настежь, и Сириус влетел в комнату как ошпаренный. Гермиона раздраженно выдохнула, разозлившись на старшего Блэка. Что еще?
Однако Сириусу было не до них. Дверь позади него, почти захлопнувшаяся, вдруг слетела с петель – кто-то хотел распахнуть ее заклятьем, но переусердствовал. Регулус машинально схватился за волшебную палочку, отстраняясь от Гермионы, когда на пороге, гневно сверкая глазами, появилась непривычно встрепанная Нарцисса.
– Цисси, спокойно! – Сириус поднял ладони в успокаивающем жесте и тут же проворно отскочил, уклоняясь от полетевшего в него заклятья.
Подушки на диване полопались, выбросив в воздух облако перьев.
– Что происходит? – растерялся Регулус.
– Я убью тебя, Сириус Блэк! – закричала Нарцисса, опять посылая в кузена заклятье.
Сириус вновь отскочил – кресло, в которое угодил луч, жалобно треснуло, и из него полезли пружины.
– Цисси… – Сириус схоронился позади Гермионы и Регулуса.
– Я тебе не «Цисси»! – леди Малфой опять метнула заклятье.
Сириус пригнулся, и позади посыпались с полок альбомы.
– Эй, вы, успокойтесь! – воскликнул Регулус, поднимаясь.
Нарцисса бросилась в обход дивана, Сириус отступал от нее, и они закружили вокруг сбитых с толку Гермионы и Регулуса. Гермиона еще никогда не видела безупречно сдержанную леди Малфой в таком бешенстве – глаза ее яростно сверкали, щеки раскраснелись, из прически выбились пряди, и она все еще держала Сириуса на прицеле.
– Ты испоганил мне жизнь, мерзавец! – завопила она. – Кто дал тебе право решать за меня?!
– Я глава рода…
– Блэк, а не Малфой! – прокричала Нарцисса с безумным видом.
Регулус нахмурился еще больше, повернувшись к брату.
– Так будет лучше в первую очередь для тебя, Нарцисса! – Сириус перестал улыбаться. – Я просто претворил в жизнь то, о чем ты тайно мечтаешь! И розы это доказывают!
– Что ты несешь?! – округлила глаза Нарцисса. – Ты сделал из меня посмешище! Знаешь, в каком свете Люциус все это выставит?! Да для него будет неимоверным счастьем – дать повод посмеяться надо мной и над Блэками! Ты… – она яростно взмахнула палочкой, но вместо заклятья из нее внезапно вылетели цветы, осыпав Сириуса, Регулуса и Гермиону.
Нарцисса рыкнула от злости, еще более раздосадованная этим происшествием, и подскочила к Сириусу.
