Прошло не менее двух часов, и ясно, что Эверт дошел до ручки, участвуя в светских играх. Силред бросает на него косой взгляд, а затем улыбается благородному фейри, который все это время болтал с ними о скучном выращивании урожая. А может, он говорил о росте популяции рыбы? Не знаю. Я отключилась примерно через тридцать секунд после того, как этот фейри открыл рот.
Думаете, что вечеринка, на которой раскуривают трубки и стонут за перегородками, должна быть веселой? Не тут-то было. Мы вынуждены говорить об урожае.
Благородный фейри таращится на проявившего грубость Эверта, и Силред хлопает того по спине.
– Долгая неделя отбора. Уверен, вы понимаете.
Фейри пытается выглядеть невозмутимо, поглаживая грязные усы. В
– Да. Да, конечно. Ваша стая, должно быть, с нетерпением ждет возвращения на собственный остров.
Силред кивает.
– Именно так. Так что, если вы нас извините…
Парни пытаются уйти. Я немного отвлекаюсь на очень интересную оргию, происходящую на подушках рядом с танцполом.
Я наклоняю голову.
– Хм. Интересные позы.
Я хорошенько все запоминаю. Для науки.
Я спешно лечу обратно к парням, и догоняю их как раз в тот момент, когда к ним направляется принцесса Сура. Они останавливаются и кланяются. Она любезно улыбается им, и, как обычно, выглядит красиво и умиротворенно. Ее лавандовые волосы безупречны, даже после всех танцев, что ей пришлось подарить.
Она не обращает внимания на звуки оргии, происходящей за ее спиной. Серьезно, слишком громко. Даже Силред бросает туда взгляды.
– Ваше Высочество, – приветствует ее Ронак.
Она пробегает ярко-фиолетовым взглядом по всем троим, словно оценивая. Позади нее целая толпа из фейри, которые, я уверена, пытаются раздеть моих ребят глазами.
Я встаю перед ними, защищая. Не то чтобы я действительно загораживаю обзор, но важен сам факт.
– Поздравляю вас с тем, что вы прошли отбор, – говорит принцесса.
– Спасибо.
– Я рада, что вся ваша стая выжила.
– Вы очень добры, – отвечает Силред, улыбаясь. Ах. Эти чертовы морщинки у его глаз каждый раз проникают мне прямо в сердце.
Сура бросает взгляд в ближайшее окно.
– Прекрасная ночь, вы согласны? Луна очень яркая.
У Эверта такое лицо, будто ему глубоко плевать, как выглядит луна, но он умудряется не закатить глаза. Какое уважение.
Ронак кивает.
– Да, Ваше Высочество, это так.
– Я часто люблю прогуливаться по своему личному двору, наслаждаясь лунным светом. Оказывается, он ярче всего в полночь. Вы согласны? – спрашивает она, пристально глядя на генфинов.
Парни обмениваются взглядами.
– О-о-о. Вы ведете шпионскую игру, да? – говорю я взволнованно.
– Да, – осторожно отвечает Ронак.
Принцесса Сура кивает.
– Извините, я вижу кое-кого, с кем мне нужно переговорить. Еще раз поздравляю. У меня была служанка, которая очень переживала за вас.
– Я! Это она обо мне.
Они кланяются еще раз, когда она уходит, а за ней следует трепетная свита. Одна из фрейлин передает Эверту записку с просьбой встретиться с ней позже в чулане для метел. Я хмурюсь.
Он останавливает проходящего мимо водного духа и отдает ему бумажку.
– Держи, приятель. Воспользуйся.
Водяной дух берет записку, с его волос капает вода.
– Спасибо! – улыбается озорно дух и убегает.
– Хороший мальчик, – говорю я Эверту, похлопывая по плечу.
– Вы поняли, о чем говорила принцесса, да? – спрашиваю я их. – Это было завуалированное послание, означающее, что она меня знает и что вам нужно притащить свои хвосты в ее внутренний двор в полночь.
Силред оглядывается по сторонам, чтобы убедиться, что поблизости никого нет.
– Думаешь, принцесса знает что-то об Эмили?
– Лучше бы ей, черт побери, знать, – ворчит Эверт.
Ронак закатывает глаза.
– Ты можешь не говорить так о принцессе, пока мы находимся в замке?
Эверт пожимает плечами и выпивает еще один кубок.
– Оу, – улыбаюсь я. – Ты так сильно скучаешь по мне, что превращаешься в сварливого алкоголика.
– Я не доверяю ей, – говорит Эверт.
– Мы не доверяем никому, кроме членов стаи, – кивает Ронак.
– Но она что-то знает, это очевидно, – замечает Силред. – И зачем ей рисковать, встречаясь с нами, если она не хочет помочь?
– С монаршими особами никогда не знаешь наверняка, – парирует Ронак.
– Как насчет ее слов о служанке? Она говорила о Чесаке?
Я выдыхаю Эверту в лицо Страсть, пока он пьет из кубка. Он давится и кашляет. Вытирая подбородок, он бросает злой взгляд туда, где меня нет.
– Черт возьми, Чесака. Хоть предупреждай.
– Ну, я думаю, это «да», – говорит Ронак, слегка подняв уголки губ.
– Иди к черту.
– Так что решено. Мы выслушаем ее. Но мы ничего не скажем, пока не согласуем между собой, – отвечает Силред.
Пока он говорит, я смотрю на его сочные губы.
– Раньше я не замечала, какие у тебя красивые губы. Борода тебя, оказывается, не красила.
– Сколько осталось до полуночи? – спрашивает Силред.
– Около получаса.
– Хорошо. Уходим.
