Его серебристая кожа выглядит намного здоровее, белые волосы чище, а серебристые глаза ярче. Но больше всего мне запомнились серые изогнутые рога, растущие из головы и загибающиеся ниже ушей.
– Белрен?
Улыбка расплывается по его лицу, и он кивает.
– Я почти не узнал тебя из-за красных крыльев, ярко-розовой кожи и волос, – признается он. – Но даже в таком виде и с синяками я понял, что ты это ты.
– Ладно, один из вас должен объяснить, каким образом, мать вашу, вы друг друга знаете.
– Он был на острове Арахно, – поясняю я. – Он помог мне сбежать.
– Технически, мы помогли друг другу, – вмешивается Белрен. – С помощью твоего кинжала я выбрался из паутины.
– Верно.
Он наклоняет голову, словно оценивая меня.
– Ты сказала мне, что ты наполовину высшая фейри, но это не так, верно?
Я качаю головой:
– Нет.
Выражение его лица становится напряженным.
– Ты не была заперта в Завесе. Ты принадлежишь Ей, верно? Кто ты?
Я открываю рот, чтобы ответить, но Ронак перебивает меня:
– Хватит секретов на один день.
Лицо Белрена разглаживается, и он ухмыляется.
– Справедливо.
– Я рада, что ты сбежал, – говорю я ему.
– Мне всегда это удается, – отвечает Белрен подмигивая. – Ну, я пошел. Дела, которые нужно сделать, фейри, у которых нужно украсть денежки и вещи, и все такое. Наслаждайтесь обществом своей девушки из Завесы, – говорит он, направляясь к двери, и выпускает длинные серебряные крылья через идеальные прорези голубой рубашки. – Я буду на связи, Эмили.
Эверт закатывает глаза.
– Что? – спрашиваю я.
– Ничего. Ты. Перестань заводить друзей.
Я смеюсь.
– Что? Почему?
– Потому что. А теперь пойдем.
Он хватает меня за руку и тащит за дверь.
Я оборачиваюсь, чтобы помахать Плику и Плаку, но Эверт закрывает мне глаза.
– Что ты делаешь?
– Они голые. Не смотри.
Я снова смеюсь.
– Ммм, я все время была здесь. Я уже все видела.
– Перестань представлять себе их пенисы, Чесака.
– Я не представляю!
– Ты делаешь это прямо сейчас, не так ли?
Черт.
Я хриплю.
– Это не то, что можно проигнорировать.
Эверт фыркает.
– Ты имеешь в виду голых хамелеонов?
Я хмурюсь.
– Нет. Определенно нет. Это было совершенно другое, – надменно отвечаю я. – Подожди, ты их представляешь?
Теперь смеется он.
Эверт вытаскивает меня наружу, и я слышу, как Силред и Окот благодарят близнецов, прежде чем мы все снова оказываемся у портала.
– Мы должны провести ее через портал? – спрашивает Эверт.
Ронак качает головой.
– Слишком опасно. Никто не должен видеть ее и Окота. Безопаснее лететь.
– Согласен, – говорит Силред. – Нужно дождаться ночи. Сейчас в небе слишком много дозорных.
– Я не оставлю ее, – настаивает Эверт.
– Хорошо, – соглашается Ронак. – Силред и я пойдем сейчас, а ты и Окот можете остаться с Эмили здесь. Мы откроем портал вечером для тебя, Эверт, а Эмили и Окот полетят обратно, когда стемнеет.
– Звучит неплохо.
– Дотерпишь до вечера? – спрашивает Силред, пробегая глазами по моим ранам.
– Ммммм. Да. Конечно. Все в полном порядке, – я стараюсь не гримасничать.
– Я вылечу все, что смогу, – предлагает Эверт.
– Хорошо. Увидимся вечером, – говорит Силред.
Он и Ронак кивают мне, а затем проходят через портал и исчезают.
Оставшись наедине с Эвертом и Окотом, я выжидающе смотрю на них.
– Я не шутила насчет еды.
Окот усмехается, а затем обменивается взглядом с Эвертом. Кажется, они молча беседуют, что странно, ведь они только что познакомились, но неважно.
Через мгновение Окот смотрит на меня и говорит:
– Вы двое, пока поболтайте. Я должен кое-что сделать. Я вернусь, как только смогу, и принесу еду, возлюбленная моя.
Он целует меня в макушку и уходит, прежде чем я успеваю спросить, куда он направляется.
Эверт снимает куртку и надевает ее на меня. Я прижимаюсь к нему.
– Ммм. Тепло.
Он берет меня на руки. Я немного вскрикиваю, отчасти от боли, отчасти от удивления. Я смотрю вокруг на снег и лед и дрожу.
– Куда мы пойдем?
– Туда, где я смогу тебя согреть.
– А ты не хочешь спросить у Плика и Плака, можем ли мы немного побыть у них дома?
Он фыркает.
– Нет.
Эверт находит небольшой скальный выступ на склоне горы, где как раз достаточно места, чтобы мы могли укрыться от снега и льда. Он усаживает меня и начинает проводить по мне руками, используя целительное волшебство. Все царапины, порезы и раны начинают затягиваться.
– Спасибо.
– Не благодари. Если бы я был настоящим целителем, я бы мог вылечить и сломанное крыло, и внутренние повреждения.
Умаление собственных сил? Это так не похоже на Эверта, что у меня сжимается сердце.
– Ты исцеляешь меня больше, чем ты можешь видеть, Лекарь.
Его голубые глаза останавливаются на моем лице.
– Иди сюда, – хрипло говорит он.
Он берет меня на руки и сажает к себе на колени так, что я практически лежу на нем, а наши лица находятся всего в нескольких сантиметрах друг от друга.
– Привет, – говорю я, немного задыхаясь.
Он ухмыляется, показывая ямочки.
– Привет.
– Ты скучал по мне? – шепчу я.
– Ты даже не представляешь.
– Мне не понравилось снова быть невидимой.
Я думаю, он понимает, что я переживаю, потому что крепче сжимает руки.
– Прекрати. Ты больше не в Завесе, ты со мной.
