– Я не боюсь.
А я боюсь.
– Ты точно боишься.
Я прищуриваюсь. Он лишь улыбается, показывая очаровательные ямочки, пока ест мои конфеты.
– Ладно, может быть, я немного боюсь, – соглашаюсь я. – Но…
– Нет нужды бояться. Мы не позволим чему-то плохому случиться с тобой. Мы не отступим, и ты не уйдешь, – говорит Силред, заставляя меня таять больше, чем шоколад во рту.
Я делаю глубокий вдох.
– Ладно.
Они отвечают то же самое.
– Оу. Это как в повозке, – говорю я, ухмыляясь. – «Ладно» – наша фишка.
Эверт качает головой.
– Это не фишка.
– Точно она.
Ронак поворачивается к Белрену.
– Раз уж ты здесь, то можешь быть полезен.
Белрен с готовностью потирает руки.
– Мне всегда по душе брачные церемонии. Может, перенесем ее в спальню? – он изгибает брови.
– Ты не останешься на подтверждение связи, – зло отвечает Ронак. – Просто держи эту чертову чашу, – говорит он и сует ее Белрену в руку.
Ронак открывает мешочек и достает маленький нож, пузырек с прозрачной жидкостью, сушеную траву и свернутый пергамент.
– Обычно брачная церемония длится в течение нескольких дней. Танцы, торжественное открытие брачной норы, пир, а затем заключительная часть – распитие чаши. Клятвы зачитываются старейшинами и являются публичным событием, – объясняет он.
– Мы пропускаем эту ерунду, – добавляет Эверт.
Ронак выливает пузырек жидкости в чашу, а затем измельчает в ней травы. Взяв нож, он прижимает его к ладони и делает надрез. Он держит руку над чашей и дает нескольким каплям крови упасть в нее, а затем передает нож дальше. Силред и Эверт делают то же, что и он.
Силред берет меня за руку.
– Забудь о мнении других, – тихо говорит он. – Забудь о власти, политике и численности вида. Ладно?
– Ладно.
Кивнув, он берет нож и делает крошечный надрез на кончике моего пальца. Держа его над чашкой, он ждет, пока несколько капель крови не упадут в чашу, а затем подносит мой палец ко рту и сосет.
От этого интимного жеста и голодного взгляда его глаз, когда Силред проводит языком по порезу, у меня в животе поднимается жар. Когда он отпускает мою руку, я не знаю, что пульсирует сильнее – мой палец или мои женские прелести.
– Вот, прочти это, Рогатый Съемщик, – говорит Эверт, подталкивая пергамент к Белрену.
– Я Рогатый Крюк, – отвечает тот запальчиво.
Эверт пожимает плечами.
– Без разницы.
Белрен закатывает глаза, но магией телекинеза разворачивает пергамент и подносит к глазам.
Ронак берет у него из рук чашу.
– Готова? – снова спрашивает он.
То, как его темные глаза смотрят на меня сейчас, напоминает нашу первую встречу. Только теперь он смотрит не сквозь, а на меня.
Я решаю прямо здесь и сейчас, что оставлю позади все остальное дерьмо и просто буду наслаждаться нашим счастьем. Всю свою дурацкую купидонью жизнь я ждала этого и ничему не позволю помешать нам. Я выбираю их, а они выбирают меня, и это все, что имеет значение.
Я расплываюсь в улыбке.
– Готова.
Белрен начинает читать брачную клятву генфинов, и этот момент кажется очень неожиданным и в то же время долгожданным.
Ронак первым отпивает из чаши.
– Надрезав плоть, вы теперь пребываете друг в друге, – читает Белрен.
Ронак передает чашу Эверту.
– Кровь к крови, вы соединяете свою жизнь с жизнью своей пары. Вы добровольно отдаете свою власть, свою силу и свою преданность.
Эверт пьет, наблюдая за мной. От силы его взгляда у меня на щеках разгорается румянец. Как только он делает глоток, он передает чашу Силреду.
– Этой церемонией вы клянетесь почитать свою пару. Этим обещанием вы будете беречь и защищать свою стаю всю свою жизнь. Жидкостью в чаше и подтверждением связи, да будет всем известно, что вы поклялись быть вместе до последнего вздоха.
Силред отпивает и передает чашу мне. Я вижу, что в чаше осталось лишь небольшое количество жидкости, окрашенной красным как наша кровь.
– Да будет крепкой ваша супружеская связь. Пусть боги улыбнутся вашему союзу. Жидкостью в чаше образуются ваши узы.
Закончив читать, Белрен поднимает глаза, и я выпиваю последний глоток. Я собираю все до каждой капли и проглатываю.
Ронак берет чашку из моих рук.
– Дело сделано, – говорит он хриплым голосом.
Как только жидкость попадает в тело, я чувствую прилив крови и… покалывание. Что, черт возьми, было в этом напитке?
– А теперь мне пора, – весело говорит Белрен, используя магию, чтобы вернуть пергамент Силреду. – Эмили, не хочешь проводить меня?
– К-конечно, – говорю я, мой голос дрожит и звучит странно.
Я веду его к двери, останавливаясь у ступеней. Я заправляю прядь волос за ухо.
– Я рад, что краска смылась, – говорит он. – Тот цвет был слишком…
– Розовый?
– Именно. Мне больше по душе твои настоящие волосы.
Я нервно шаркаю.
– Эм, спасибо, что пришел сюда и все мне рассказал. Хотя меня ужасно злит и расстраивает то, что происходит, я должна была знать. Я несу ответственность за эти события, в конце концов.
Белрен засовывает руки в карманы.
– Я рассказал тебе не для того, чтобы расстроить. Я сказал тебе, потому что, будь я на твоем месте, то хотел бы знать.
– Да, я понимаю.
