— Опечатка? — усмехнувшись предположил Люк. Улыбка сползла с его лица под пристальным взором отца.
— Всего лишь шутка! — сказал Люк, — у меня ведь не будет неприятностей, да?
— Только если ты не считаешь отключение доступа к голонету на неделю неприятностью.
Люк на мгновение нахмурился, но принял неизбежное. Это небольшая плата за удовольствие, которое он получил, пытая фигурку.
— Ладно. Но почему они не делают твоих фигурок? Я думаю, получилась бы отличная игрушка — я бы купил одну!
— Пожалуй отключу доступ на две недели, — отец указал на него пальцем.
— Нечестно! — возмутился Люк. — Я тебе сделал комплимент!
— Ты напрашиваешься на три недели.
Люк было надулся, пока отец не потрепал его по волосам.
— Спокойной ночи, сын.
Люк пытался устоять, но против воли ухмыльнулся. Слишком редко его отец демонстрировал привязанность. Он не мог не улыбнуться от того, в какие странные моменты он ее выказывал.
— Спасибо, что взял меня на выставку сегодня, — сказал Люк. — Прости за то, что надоедал тебе, ныл и подал незаконную петицию.
— Пожалуйста. По правде, думаю, я получил больше удовольствия, чем ты.
— Я заметил, — произнес Люк. Он опустил взгляд на руку отца, все еще сжимающую фигурку.
— Могу я хоть куклу императора получить обратно? — спросил Люк.
— Спокойной ночи, сын, — повторил отец, разворачиваясь, чтобы уйти.
— Я буду хорошо с ним обращаться!
Отец затормозил и обернулся.
— Я верну его тебе через две недели с одним условием. Ты снабдишь императора своей фигуркой, чтобы он тоже мог поиграть.
Люк потрясенно поднял руки.
— Проехали!
— Так я и думал.
