«Двадцатипятилетний юбилей В.А. Гиляровского как "короля репортеров" приходился на осень 1905 года.Между 17 октября и 9 декабря…То было время не для королевских юбилеев!Сегодня празднуется 25-летний юбилей беллетриста Гиляровского…»
Двадцатипятилетний юбилей В.А. Гиляровского как «короля репортеров» приходился на осень 1905 года.
Между 17 октября и 9 декабря…
То было время не для королевских юбилеев!
Сегодня празднуется 25-летний юбилей
В 1883 году было напечатано в «Современных известиях» его первое беллетристическое произведение.
Соблазнительно написать биографию Гиляя!
Бурлак, казак, рабочий, актер, спортсмен, репортер, поэт.
Какие краски! Волга, война, старая Москва, славянские земли.
Вышел бы целый ряд захватывающих фельетонов. Можно было бы обрывать на самых интересных местах, с самыми заманчивыми:
– Продолжение следует.
Биография Гиляровского читалась бы как самый увлекательный «роман приключений».
Но сегодня юбилей беллетриста.
Будем говорить только о беллетристе.
Слава Богу, и о беллетристе Гиляровском есть что сказать!
– Что у вас? – спрашивает секретарь редакции.
– Труп замерзшего! – отвечает репортер.
– Петит. Строки четыре. Дальше?
– Было покушение на убийство дворника.
– Это уж корпус. Ранен?
– Нет.
– Строк десять!
Но человек, писавший об этих трупах замерзших, о покушениях на убийство, был не жалкий ремесленник.
Это был человек, сам прошедший тяжелую школу жизни, много переживший, перестрадавший. Это был человек с литературным талантом. В душе его жил даже поэт.
И эти пережитые страдания, и этот литературный талант, и этот поэт, который «заставляет говорить даже камни», протестовали в его душе:
– Разве можно так относиться к людям? Два года он «сокращал покойников». Делал из человеческой трагедии четыре строки. Расследуя «происшествия», он поневоле узнавал, как, что сделало из человека «труп замерзшего».
Но должен был безжалостно отбрасывать все это.
– Ведь не писать же о каждом замерзшем по 300 строк!
А между тем и талант, и виденные и пережитые самим страдания – все возмущалось в нем в мрачных занятиях «сокращения покойников»:
– Ведь надо же сказать людям, что таится за этими четырьмя строками, которые они «пробегают» в отделе происшествий. Какая уйма человеческого горя, слез и нерасслышанных стонов!
И литератор не выдержал…
Написал этот «труп замерзшего» в беллетристической форме.
И ожили под его пером эти «трупы» и в фельетонах той, другой, третьей газеты, в отдельной книге стали перед нами страшной и тяжелой вереницей.
Тревожа совесть, пугая сон души.
Так, естественно, как бабочка из куколки, из репортера Гиляровского 25 лет тому назад родился беллетрист В.А. Гиляровский.
Он родился от пережитой нужды, лишений, страданий, от наблюдательности, от доброго, чуткого, отзывчивого сердца.
Таков процесс появления на свет беллетриста Гиляровского.
Сам он в те времена об этом процессе, вероятно, не догадывался.
Самому ему он представлялся иначе:
– Заработок нужен, я и написал.
Но почему вы написали «для заработка» то, а не другое? Почему вы стали писать так, а не иначе?
В душе писателя накопилось многое, что не вошло в «четыре покойницких строчки».
И это вылилось в беллетристику.
Толстой недавно говорил одному юнцу, решившемуся заняться литературой:
– Пишите, когда приспичит. Когда чувствуете потребность писать, – пишите. Человек как чайник. Закройте чайник, – пар пойдет носиком.
Раз чай горячий!
Так именно по толстовскому рецепту, естественно, начал писать Гиляровский. У него:
– Пар пошел носиком.
Когда читаешь рассказы Гиляровского, – кажется, будто смотришь на работу кровельщиков.
Где-нибудь на пятиэтажном доме. Люди работают на самом, на самом краю.
Глядишь, и дух замирает.
– Вот-вот сорвется!
Когда читаешь рассказы Гиляровского, присутствуешь, видишь, как срывается то один, то другой.
С глухим стуком брякается о землю.
И на земле лежит разорванный мешок с мясом и ломаными костями, из которого течет кровь.
Рассказы Гиляровского – это рассказы о тяжком труде.
Плотовщики, по пояс в ледяной воде, рабочие белильной фабрики, отравленные свинцом…
Рассказы о таком тяжелом труде, что диву даешься:
– Чего ж пугают этих людей «каторжные работы»?
Ни для воров, ни для грабителей, ни для убийц такой каторги нет.
– Как же они держатся? И у вас дух захватывает.
– Вот-вот сорвутся!
Должны сорваться! Не могут не сорваться!
Рассказы Гиляровского – это рассказы о том, как человек замерз, потому что его не пустили в ночлежный, как человек погиб, потому что у него украли тулуп.
Когда читаешь их, вспоминается рассказ об одном профессоре, вскрывавшем на уроке анатомии труп скоропостижно умершего бродяги:
– Вот человек, который рожден, чтобы прожить сотню лет. Богатырь. Он погиб только потому, что у него не было пяти копеек, чтобы опохмелиться.
Рассказы Гиляровского – это анатомический театр.
Где все время перед вами вскрываются трагедии.
– Из-за того, что не было пяти копеек.
Как люди превращаются в «бывших людей». Как «бывшие люди» превращаются в «трупы замерзших», о которых сообщается в четырех строках:
– Петитом.
Это все:
– Бывшие люди. И если бы мы не знали, что первый из этих рассказов был напечатан в 1883 году, – можно было бы подумать:
– Это последователь Горького.
