В августе 1941 года СССР и Великобритания предприняли первую совместную боевую операцию. Целью ее было освобождение Ирана от германского влияния и обретение контроля над стратегически важной для поставок вооружений в Советский Союз территорией. Перед вами первая обширная работа, посвященная этой важной, но оставшейся в тени других — более громких и кровопролитных операций. Ее автор — известный историк Ирана и советско-иранских отношений.
Иран — южный сосед России — является одним из древнейших очагов мировой цивилизации. Персидская империя при Дарии I простиралась от берегов Греции до реки Инд. Иран — цитадель Западной Азии, удобный плацдарм для проникновения в Ирак, Афганистан, Пакистан и Турцию. Иран обладает крупнейшими запасами нефти и природного газа. Он был и остается притягательной целью для завоевателей, грезящих о мировом господстве.
Иран — центр загадочного направления в исламе — шиизма. В 1979 г. в Иране произошла революция, положившая начало исламскому буму во всем мире. С каждым годом растет влияние Ирана в мировой политике. Его население — 66 млн человек, каждый четвертый моложе 15 лет! Неслучайно иранские лидеры бросили смелый вызов США — супердержаве XXI в.
Отношения с Ираном, всегда значимые для обеспечения безопасности России, прошли сложный путь развития: годы добрососедства сменялись войнами и конфронтацией. На эту тему написаны десятки монографий, научных статей, публицистических работ и художественных произведений. Казалось бы, изучено все. И, тем не менее, в истории отношений двух великих государств до сих пор есть белые пятна. Практически ничего не известно о событиях августа 1941 г., когда на территорию Ирана вступили советские войска.
Случилось это в драматические дни Великой Отечественной войны, когда немцы бомбили советские города, захватили самые плодородные и развитые территории, массу боевой техники, а наши потери убитыми, ранеными и попавшими в плен достигли астрономических чисел. К августу 1941 г. противник добился крупных оперативно-стратегических результатов, продвинувшись в глубь советской территории на 500–600 километров. Война развивалась по самому худшему для страны сценарию. Западный фронт под командованием Д. Павлова был полностью разгромлен. Из 44-х его дивизий 24 погибли полностью, остальные потеряли до половины личного состава. Имело место не столько война, сколько капитуляция советских войск. И в этой критической ситуации, когда над народами СССР нависла угроза гитлеровского порабощения, Красная Армия отметилась блицкригом, пройдя триумфальным маршем по иранской территории.
После «Ледокола» В. Резуна, более известного под псевдонимом «Суворов», все внимание историков свелось к тому, насколько Красная Армия была готова вести войну на чужой территории. Знали ли ее командиры тактику современного боя? Насколько был высок боевой дух красноармейцев? Как встречало местное население «освободителей»? Изучение иранской операции поможет дать ответ на эти и другие вопросы.
Иранская операция была сама по себе уникальным событием. Во-первых, это была первая совместная военная акция Англии и СССР — союзников по антигитлеровской коалиции. Во-вторых, предпринятые в отношении Ирана меры вытекали из советской военной доктрины — бить противника на его территории.
Можно удивляться тому, что иранская операция так и осталась вне пределов интересов историков. Но тому есть причины. Если отечественные ученые и касались этой темы, то все свои энергичные усилия направляли на то, чтобы оправдать ввод войск, указывая на военную и политическую целесообразность этого решения. С. Л. Агаев, A. C. Ерусалимский, М. С. Иванов, П. В. Милов, М. В. Попов и другие указывали на факт присутствия в стране многочисленной немецкой агентуры, которая угрожала интересам как СССР, так и Ирана. Что касается иранцев, то национальная гордость не позволяла подробно описывать столь печальные для них события. И это вполне понятно.
Не уделяли должного внимания этой проблеме и англичане. В годы холодной войны тема советско-британского сотрудничества была непопулярной на туманном Альбионе.
Случилось так, что в СССР началась перестройка, и историкам было позволено доводить до читателей самые сокровенные мысли. Ушла в прошлое политическая цензура, сняты ограничения и запреты на изучение отдельных тем. Появилась возможность работы с ранее засекреченными архивными документами. И свет забрезжил в конце туннеля. У российских ученых появилось желание и возможности писать об иранской операции.
Наметилась характерная тенденция: пересмотреть оценки событий августа 1941 г. И пересмотреть кардинально. Приведем лишь несколько примеров. Профессор Саратовского госуниверситета Ю. Г. Голуб выдвинул версию, что «советские войска могли оказаться в Иране и в продолжение предвоенной политики расширения советских границ, „восстановления“ утраченных имперских рубежей». Этот тезис развил в своих трудах его коллега Д. М. Любин. Привлечь внимание общественности к операции также попытался профессор A. A. Штырбул, предложивший периодизацию пребывания Красной Армии в Иране. Увидели свет публикации O. K. Березина, Дж. Гасанлы, A. B. Котлобовского, A. B. Окорокова и других уважаемых авторов.
