Сукальский хорошо знал эту местность. Еще будучи уланским офицером, он не раз приезжал в имение пана Гурского и распил здесь на пикниках и охоте не одну бутылку французского вина. Блестящий мундир офицера он сменил на монашескую сутану, но и ее давно уже променял на черный костюм находящегося на службе у Ватикана разведчика, которого христолюбивые хозяева заставляли творить самые грязные дела. Пользуясь фальшивыми документами пастыря Львовской метрополии, Сукальский приехал в Западную Белоруссию для "ревизии деятельности католических церквей". На самом же деле он распространял брошюру Слипого "Главные правила современного душепастырства" и другую нелегальную литературу среди отсталого крестьянства и реакционно настроенного кулачества. Одновременно, выполняя задание иностранной разведки, он собирал информацию о строительстве пограничных укреплений и настроениях белорусского и польского населения. По прибытии на место Сукальский связался с местными националистическими элементами фашистской ориентации.
После визита к Юзефу Михальскому, боясь провала, Сукальский взял надежных людей и перебазировался в лес.
Чувствуя, что на одном месте оставаться нельзя, Сукальский, сняв радиостанцию, двинулся по направлению к литовской границе с намерением получить помощь у известных ему людей. Однако вскоре он понял, что находится в ловушке. Волчий инстинкт этого матерого диверсанта подсказал ему, что он попал в железное кольцо, которое с каждым часом сжималось все плотней и плотней.
Сукальский повернул в другую сторону и стал пробираться в глубь леса. Его сопровождали сыновья Юзефа Михальского - Юрко и Владислав.
Пройдя метров пятьсот, Владислав обогнал Юрко, тащившего за спиной портативный радиопередатчик, приблизился к Сукальскому и тронул его за плечо:
- Если вы хотите, пан Сукальский, идти на Вильнюс, то дорога на Вильнюс не здесь, - тихо сказал Владислав.
- Я это знаю, - мрачно ответил Сукальский и, зверовато оглядываясь по сторонам, спросил: - Неужели в лесу нет такого места, где было бы можно надежно укрыться и дождаться темноты?
- Места такие есть, - сказал Владислав. - Это, пожалуй, и есть самое дикое место. Но у пограничников собаки.
Он еще не подозревал, что лес почти окружен. Понимал безвыходность положения только Сукальский, о чем сразу же сообщил и Владиславу. Тот удивленно заморгал глазами и стал нетерпеливо перекладывать пустую корзинку с руки на руку.
- Тогда нам надо уходить, пан Сукальский, - в смятении проговорил Владислав.
- А если тебя по дороге схватят? - в упор спросил Сукальский. Он знал, что удерживать Владислава нет никакого смысла: парень будет только помехой.
- Я скажу, что ходил в лес за грибами... что вообще у меня сегодня расстроены нервы! Я поссорился со своей невестой и решил пойти в лес успокоиться...
- Но если советские чекисты не поверят тебе и упрячут туда?.. Сукальский сложил два пальца крестом, изображая тюремную решетку.
- Надо иметь доказательства, а их нет. Я все-таки советский служащий, лесотехник, на хорошем счету... Но если нас всех захватят вместе и вот с этой штукой... - Владислав показал пальцем на радиопередатчик.
Сукальский исподлобья посмотрел на подходившего Юрко и нахмурился. Владислав, пожалуй, прав. Радиоустановку надо немедленно спрятать. Подозвав Юрко, он приказал отнести аппарат подальше в кусты и зарыть под корневищем.
- Да вы не беспокойтесь, пан Сукальский! - сказал Юрко.
Юрко был совсем еще юноша со светлыми, кудрявыми, как у барашка, волосами, с полными, порозовевшими от быстрой ходьбы щеками; у него были печальные голубые глаза.
- Здесь нас никто не найдет...
- Мы всегда находимся в опасности, - мрачно ответил Сукальский.
Он подошел к Владиславу, рывком схватил его за руку и отвел к толстой, шатром раскинувшейся ели. Прижавшись спиной к стволу, лихорадочно спросил:
- Ты хорошо знаешь этот лес?
- О-о! Отлично, пан Сукальский, - понимая его волнение, ответил Владислав.
- Как можно отсюда выбраться? Неужели нет никакого скрытого выхода?
- Попробуйте через канал, - после некоторого раздумья заговорил Владислав. - Неприятно, конечно, но другого выхода нет. Придется ползти по канаве, по которой осушают болото, тут совсем недалеко. Когда спуститесь в воду, поплывете у самой стены и почти все время под водой. Юрко вас проведет до канала, а потом проберется домой...
- Хорошо, - коротко проговорил Сукальский и, выхватив из чехла острый короткий нож, стал торопливо делать на древесной коре отметку. Ему надо было запомнить это место. Здесь, в лесу, он спрятал важные документы. Пришлось заучивать их наизусть. Покончив с отметкой, он повернулся и сунул нож в маленький, висевший на поясе кожаный чехол.
- Разрешите пожелать вам успеха, пан Сукальский. Мне надо торопиться. Когда будете плыть, обвяжите голову травой или ветками. Так раньше контрабандисты делали.
- Меня этому учить не надо... - Сукальский усмехнулся и протянул Владиславу сухую жилистую руку. Тот крепко пожал ее и быстро скрылся в густом орешнике.
