- Рейхсфюрер СС уполномочил меня передать вам свое недовольство в связи с усилившимся бандитизмом в районе Беловежской пущи, Рейхсмаршал Геринг также очень недоволен настоящим положением дел. Напомню, что здесь были убиты старший егерь Тирпинг и унтерштурмфюрер Бертель. За это варварское злодеяние виновные до сих пор не понесли наказания...
Завелли, его заместители, Фромм и Альтенлох, а также все остальные офицеры внимательно слушали посланника Гиммлера и хорошо понимали, что означают эти суровые слова.
- Бандиты совершают диверсии на железных дорогах, убивают наших людей. Растет коммунистическое подполье. А вы? - Фляйнерт поднял голову и обвел присутствующих пристальным взглядом. - Я спрашиваю, что вы сделали, чтобы здесь царило спокойствие? Я слушаю вас, герр майор! кнвнул он Альтенлоху. - Вы назначены сюда, между прочим, для того, чтобы в Белостокском округе царило спокойствие.
- Герр штандартенфюрер, я преклоняю голову перед мудростью рейхсфюрера СС, но район Беловежской пущи действительно трудно удержать в повиновении. Территория кишит коммунистами...
- Какие меры вы принимали? Вот что меня интересует! - со злостью прервал его- Фляйнерт.
- Герр штандартенфюрер, шестого августа я приказал сжечь восемь деревень и расстрелять всех жителей, - вмешался в разговор Фромм.
- Это за уничтоженный пост в Рудниках? - уточнил Фляйнерт.
- Так точно!
- Результат?
- Незначительный, - признался Альтенлох, - Партизаны ненадолго затаились, но усилили свою деятельность в начале ноября, особенно седьмого...
- Это праздник их революции, - как бы про себя отметил Фляйнерт.
- Так точно, это их праздник. Вечером шестого ноября возле деревни Пшеходы диверсанты пустили под откос поезд, в котором направлялись на фронт подразделения СС и боевая техника.
- Какие потери?
- Локомотив и пять вагонов разбиты. Много убитых и раненых, продолжал докладывать Альтенлох. - Из лагеря в Хайнувке бандиты освободили несколько десятков военнопленных.
- Которые, конечно, вступили в банду?
- Так точно. Были разоблачены и убиты несколько наших агентов. Почти каждый день партизаны обстреливают поезда, портят железнодорожные пути и оборудование. Несколько раз они атаковывали наши автоколонны. Диверсионные акты совершаются также в Белостоке. Потери значительные, констатировал Альтенлох,
Фляйнерт некоторое время что-то обдумывал, со злостью поглядывая на Алътенлоха, потом бстал и медленно раздраженным голосом проговорил:
- И вы так спокойно можете говорить об этом? Вы, шеф гестапо, офицер СС! Когда наши солдаты самоотверженно воюют на фронте за тысячелетний рейх, за жизненное пространство, вы так спокойно докладываете: банды, саботаж, диверсии?! Я спрашиваю: где заложники, где казни, где карательные операции?! - все сильнее распалялся Фляйнерт.
- Заложники у нас есть, - несмело заметил Альтенлох.
- Знаю. Сидят месяцами, и мы их кормим. Чего вы ждете? На основе разведывательных материалов центра "Хорн" и своих собственных немедленно составить список лиц, подозреваемых в связях с бандитами, арестовать их и расстрелять! Прямо здесь, в Беловеже, расстрелять! В центре их бандитского гнезда! Завтра во второй половине дня я хочу иметь от вас рапорт о числе арестованных!
- Сколько, герр штандартенфюрер? - тихо спросил побледневший Альтенлох.
Фляйнерт бросил на него злой взгляд, а затем сказал:
- Мне кажется, я плохо расслышал, герр майор... А если расслышал, то удивлен, что шеф гестапо может задавать такие вопросы!
Завелли не вмешивался в разговор. С непроницаемым лицом слушал он словесную перепалку между Фляйнертом и Альтенлохом. К Фляйнерту обратился молчавший до сих нор капитан Клаузер:
- Герр штандартенфюрер, я руковожу здесь группой по борьбе с партизанами и десантниками. По моему приказу было проведено много, конечно, в небольших масштабах - карательных акций. Мы располагаем обширными материалами о подозрительных лицах. Я давно считаю, что необходимо искоренить местное подполье. Несколько казней, проведенных в Беловеже, да остановили рост бандитизма. Я немедленно прикажу составить список подозрительных лиц, которых необходимо ликвидировать.
- Хорошо, - ответил Фляйнерт. - Мне кажется, господа, что вы здесь слишком много играете в "рыцарскую" разведку. Не те времена! Находить, арестовывать и убивать! Вот что от вас здесь требуется.
В кабинете воцарилась тишина. За окнами в парке медленно надвигались декабрьские сумерки.
Поздно вечером Штангер увидел, как все участники совещания направились в казино на ужин. Примерно через час Фляйнерт, Альтенлох, Фромм и Хаймбах закрылись в кабинете Клаузера, где совещались до поздней ночи.
