"Урсула", получившая новое название "В-4", в течение двух дней была приведена в порядок и одной из первых вышла в море. На лодке еще оставались англичане, заканчивавшие сдачу отдельных механизмов, и командир лодки лейтенант Дэвис, который теперь выполнял роль лоцмана. Без него нам трудно было бы ориентироваться в минированных водах Великобритании.
Стояла ясная, солнечная погода. Над утопавшим в зелени городом Данди метеорами носились в разных направлениях многочисленные группы самолетов. Корабли один за другим покидали обширный рейд. На реке Тей, на которой стоит город, царило не меньшее оживление, чем в воздухе. В общем гуле моторов и сигналов мы незаметно снялись со швартовов, дали ход обеими машинами и направились вниз по реке. До выхода в море нам надо было пройти около десяти миль. Однако едва "В-4" отошла от пирса, как матрос, укладывавший швартовные концы, уронил за борт пеньковый канат. Конец намотался на винт лодки, и правую машину пришлось остановить.
- Придется возвратиться, - покачал головой Дэвис.
- Нет, - решительно возразил я, - матросы освободят винт.
- Не смогут. А мы идем на торпедные стрельбы. Задание ответственное.
- У нас есть водолазы, которые в боевых условиях занимались очисткой винта даже от стальных тросов.
- Ну, как хотите, мистер Иосселиани...
Дойдя до удобного места, "В-4" застопорила ход и, свернув с фарватера, чтобы не мешать движению судов, стала на якорь.
- Фомагина с водолазным прибором на мостик!
- Может быть, пошлем моего старшину? Мои люди лучше знают подводную аппаратуру, - предложил обеспокоенный Дэвис.
- Я в своих людях уверен.
- Но, мистер Иосселиани, если кто-нибудь утонет из-за... нашего с вами упрямства...
- Моряка, который утонет в таких простых условиях, не жаль, - по-русски вставил молчаливый Глоба, внимательно слушавший наш разговор.
Все на мостике рассмеялись. Дэвис заинтересовался, что сказал мой помощник, и мне пришлось перевести ему эту фразу.
- Ваш помощник стоит вас, - безнадежно махнул рукой лейтенант Дэвис.
Фомагин быстро надел на себя легководолазное снаряжение, привычным движением привязал стальные резаки, с ходу прыгнул в воду и исчез в мутных волнах реки.
Вскоре мы снялись с якоря и полным ходом поспешили в район боевой подготовки. Другие лодки уже занимали назначенные им позиции и выполняли упражнения по плану.
Эскортный корабль "Лок Монтитц", служивший учебной мишенью, галсировал между условными точками в море, и подводные лодки по очереди выходили против него в атаку.
Мы доложили семафором командиру дивизиона Трипольскому о причинах нашей задержки и начали боевую подготовку со второго-упражнения.
"Лок Монтитц" подал сигнал о начале упражнения с выпуском учебных торпед.
Атака завершилась успешно. Торпеды прошли точно под кораблем-целью и на заданной дистанции всплыли. Их подобрал буксирик, специально снаряженный для этой цели.
Еще четыре раза выходили мы в атаку по "Лок Монтитц" и, выполнив план боевой подготовки, получили разрешение вернуться в базу.
Не успели мы ошвартоваться, как увидели на пирсе Трипольского. "Лок Монтитц" вернулся с моря раньше нас, и комдив теперь встречал провинившуюся "В-4". Еще издали он погрозил мне пальцем. Как только лодка ошвартовалась, к борту подошел водолазный бот с водолазом в скафандре.
- Зачем это? - удивился я.
- Я сообщил семафором, чтобы осмотрели винты корабля, - объяснил лейтенант Дэвис.
Водолаз был спущен и вскоре доложил, что никаких ненормальностей ему обнаружить не удалось.
На следующий день предстояли дружеские состязания.
Дело в том, что накануне в офицерском салоне в "Мейфилде" командир флотилии вызвал на борьбу Трипольского. При этом он предложил неизвестный нам вид борьбы - не то японского, не то индийского происхождения. Суть такой борьбы заключается в том, что противники ложатся головами друг к другу и, упершись плечами, соединяют руки. Затем, заложив ногу за ногу противника, борющиеся стараются перетянуть друг друга через себя. По окончании борьбы победитель садится верхом на побежденного. И хотя Трипольский был выше ростом англичанина и много тяжелее его, тем не менее он несколько раз кубарем летел через худого, но жилистого командира флотилии.
- Мистер Трипольский, завтра вы имеете шансы выиграть. Будем играть в футбол...
- Это ведь английская игра, - развел руками комдив, - почему же мы имеем больше шансов?
- Наши офицеры играют плохо...
Комдив принял вызов командира флотилии, и мы начали готовиться к матчу. Самое главное было усвоить правила игры. С футболом был знаком у нас только физрук дивизиона лейтенант Падчин. Он составил чертеж с размещением игроков на футбольном поле и вручил каждому из нас написанные им правила игры. Закончив служебные дела, я закрылся у себя в каюте и начал готовиться к предстоящему матчу.
Но вскоре ко мне пришел матрос Архипов, бывший рабочий тульского оружейного завода. Он принес английские газеты и сказал, что меня хочет видеть какой-то американский офицер.
