Сборник воспоминаний ветеранов Великой Отечественной войны — участников боёв за Молдавию.(Аннотация верстальщика)
Составители: полковник запаса
и подполковник в отставке
Когда волей обстоятельств мы остались живы в те самые страшные дни и жизнь отмерила нам счастье поцеловать за пять лет проклятой разлуки своих близких и с упоением заняться любимым делом — мы не имели права, да и не могли хранить только в своей памяти имена тех, кого та же самая жизнь поила из своей чаши, как мать, и не успела до конца насытить: фашистский кованый сапог выбил из ее рук эту чашу.
Голоса и тени погибших друзей, или просто наших командиров, или просто гвардии рядовых, с которыми мы проходили этот невероятно трудный, но, видят люди, славный путь, — заставили нас снова взяться за перо. То, о чем мы не сказали в первой книге, то, что наша память не сумела тогда воскресить, то, что, по-нашему мнению, необходимо еще добавить, чтобы как можно точнее объяснить военную обстановку тех лет без прикрас и пристрастий, мы попытались сказать в этой книге.
Чувство невысказанной никогда безмерной любви к нашим фронтовым товарищам требовало изыскать в сердце теплые слова и бережно доверить их бумаге, но мы часто бывали в растерянности, ибо в писателях никогда не думали ходить. Тем не менее пульс вдохновения, если так можно сказать, не один раз тревожил наше воображение.
Эту новую книгу мы составили не только для определенного круга фронтовых товарищей — участников Отечественной войны на молдавской земле. Она должна служить как бы своеобразным паролем в воспитании патриотических чувств молодого поколения.
Патриотами, как и солдатами, не рождаются. Патриоты воспитываются на тысячах примеров, достойных подражания и преклонения, и особенно тогда, когда герои эти не выкованы в плену тесного воображения писателя, большого или маленького, когда герои эти — действительно прописанные на земле соотечественники, которых, как говорится, можно и «потрогать».
Мы знаем, что и теперь еще не удалось полностью воспроизвести эту героическую быль на молдавской земле — ведь в запасе у нас целая вечность. Дух погибших товарищей призывает нас снова и снова посвящать читателя в то правое дело, за которое они сложили свои непокорные головы.
И мы говорим им: Слава!
Накануне. Утром шестого июня по боевой тревоге полк выступил и, совершив стодвадцатикилометровый марш, к исходу девятого числа сосредоточился на окраине большого молдавского села Пражила, в 30–35 километрах от города Бельцы.
Как теперь стало известно, по планам штаба Одесского военного округа 30-я Иркутская горно-стрелковая дивизия имела задачу вместе с другими дивизиями прикрыть границу на реке Прут на случай развертывания боевых действий. Задача важная и ответственная. Новый район сосредоточения находился от границы в 70–80 километрах. Для преодоления такого расстояния требовался, по меньшей мере, двухсуточный форсированный марш. Следовательно, дивизия к выполнению своей задачи могла приступить с большим опозданием.
Переход полка в новый район, ближе к границе, естественно, вызвал всевозможные разговоры и кривотолки среди личного состава. На собраниях и служебных совещаниях да и просто при встречах нам с командиром полка задавали много вопросов.
— С какой задачей полк прибыл в данный район?
— Почему так далеко остановились от границы?
— Можно ли вызывать к себе семьи?
— Долго ли здесь задержимся?
От нас требовались ясные и вразумительные ответы, а мы и сами толком ничего не знали. На совещаниях в штабе дивизии и в отделе политической пропаганды не только мы с полковником Сафоновым, но и другие командиры частей и политработники неоднократно задавали подобные вопросы командиру дивизии и его заместителю по политической части. Нам говорили:
— Не разводите панику, больше уделяйте внимания боевой подготовке и работайте с людьми.
Из штаба дивизии я вышел с каким-то тревожным чувством. В раздумьях не заметил, как выехал за околицу села Бокша, где размещался штаб дивизии. Расстегнул ворот гимнастерки, пришпорил коня и километра три проскакал галопом. То ли быстрая езда, то ли прекрасный солнечный день, а скорее всего и то и другое, настроили меня на более оптимистический лад. Я закурил и стал любоваться красотой молдавского пейзажа. После обильных дождей все благоухало. Шумели высокие густые хлеба, а в садах под тяжестью созревающих плодов прогибались до земли ветки фруктовых деревьев — первый богатый урожай свободных тружеников Молдавии!
Подъезжая к штабу полка, я уже думал о том, как лучше организовать учебу солдат, помочь местному населению убрать урожай на полях и в садах и быстрее встать на ноги только что зарождающимся колхозам.
