Дэйв вытер лицо подолом футболки, хотел выпить еще, но вдруг замер, бросив взгляд вправо. Сначала он подумал, что ему только лишь показалось, но присмотревшись, понял, что это не так. Ночь была довольно ясной и примерно в сотне шагов от себя, Дэйв видел человеческий силуэт. Правда, особого значения он этому сразу не придал. Мало ли, кто это мог быть. Он ведь шляется здесь посреди ночи, почему же подобный бедолага не мог делать того же самого? Дэйв закурил и выпил еще. Спустя минуту вновь посмотрел в ту сторону и тут уже заподозрил что-то неладное. Фигура человека не приблизилась и не удалилась; незнакомец стоял на прежнем месте прямо посреди железнодорожного полотна. Дэйв встал и нетвердой походкой пошел навстречу, сперва подумав, что своим присутствием прервал маршрут нерешительному путнику.
– Эй, дружище, – окликнул он. – Если ты с миром, то и я с миром. И сигаретой угощу, и выпить есть.
Человек на пути не ответил ни слова и не двинулся с места. Тут Дэйва посетила другая мысль. Возможно, это был еще более отчаявшийся тип, который пришел сюда в поисках своего последнего причала, и теперь не знал, что и делать, встретив местного алкоголика прежде огней желанного товарняка.
– Слушай, если ты решил здесь глупостей натворить, то я тебе не позволю этого сделать, ты уж прости, – продолжал Дэйв. – Да и поезда здесь ходят нечасто, насколько я знаю, так что и до утра можно прождать. Я Дэйв Уотерс, дружище. Возможно, мы знакомы, а? Ну, ты чего, язык проглотил, что ли?
По мере приближения Дэйв терял свой дружелюбный настрой. По всему телу уже пробегали холодные мурашки, так что не спасал и хмель в голове. Высокий рост, широкие плечи, слегка согнутые в локтях руки и, казалось, даже видневшаяся в темноте бледность лица. Дэйв остановился в шагах тридцати. Он не мог поверить в то, что в третий раз видит перед собой Призрака, да еще и здесь. В горле пересохло, опьянение отступило под всплеском адреналина, по спине покатились капли холодного пота.
– Приятель, если ты следишь за мной, то это не смешно, – сказал Дэйв, стараясь перебороть такое непривычное для него чувство, как страх перед противником. – Лучше не провоцируй меня, хорошо? Но, повторю: если ты с миром, то и я твой друг.
Никакой реакции не последовало. Призрак был неподвижен и не проронил ни слова. Только волосы его встрепенулись от внезапного порыва ветра. Дэйв дал ему на раздумья еще полминуты, в течение которых сам старался взять себя в руки. С трудом передвигая ватные ноги, он все же вновь двинулся вперед, и демонстративно перехватил бутылку таким образом, чтобы была возможность нанести ею удар.
– Я вижу тебя третий раз за сегодняшний день. Что тебе нужно? Отвечай же! Черт возьми, или ты немой? – Дэйв хотел было рвануться вперед, чтобы проверить реакцию Призрака, но в последний момент одумался и вновь остановился. Теперь мужчин разделяло не более пяти шагов, и Дэйв мог наконец рассмотреть Призрака вблизи. Лицо его действительно было бледнее обычного, и даже в полумраке ночи бросалась в глаза бескровность губ. Массивная шея еще раз подчеркивала физическую силу, волосы стояли торчком все же сами собой, без вмешательства идей стиля. И вроде бы черты его лица были самыми непритязательными, но вот общий портрет… Дэйв был готов поклясться, что никогда прежде он не видел подобного выражения ни у людей, ни даже у животных. Словно это было и не лицо вовсе, а маска. Маска психопата. А на ней какая-то ледяная решимость, наравне с полным отсутствием мысли. Дэйв не мог толком разглядеть цвета его глаз, но даже не сомневался, что они черны как уголь. Смотрел Призрак исподлобья, и взгляд этот не сулил ничего хорошего. Он буквально горел какой-то необузданной силой и, казалось, без всяких условностей подтверждал, что его обладатель способен быть бесчеловечным, даже если он всего лишь человек.
Больше всего Дэйву хотелось развернуться и убежать, но при этом лицо Призрака приковывало к себе, почти гипнотизировало. Возникало ощущение, что рядом дышит то ли смерть, то ли ад, то ли один из его обитателей; словом, нечто, заставляющее слушать себя не перебивая. Дэйв был бы и рад поверить в потусторонние силы, потому что испытывать такой страх в отношении человека было просто абсурдно.
– Я тебя знаю. Ты Адам Джонсон, – заговорил он. Услышав свое имя, Призрак слегка приподнял голову, но так ничего и не ответил. – Ты не помнишь меня? Мы росли на одной улице, пока… – тут Дэйв сглотнул колючий комок. – Пока ты не уехал из Эскины. И знаешь… глядя на тебя, я бы хотел, чтобы ты никогда сюда не возвращался.
Адам не отреагировал и на оскорбление. Дэйв хотел выпить, но опасался, что его потенциальный противник броситься в атаку, как только он хоть на мгновение отвлечет свое внимание.
