В чужой голове (СИ) полностью

– Но я ведь тебя вижу... И у тебя седые волосы. Они цвет поменяли прям при мне, – кажется истерика приближалась.

– Так, все. Алекс, прогуляйся пока в комнату, – мальчишка хотел было что-то сказать, но под мои взглядом стушевался и спешно ушел. – А мы пока выпьем чаю и все обсудим, ладно?

– Э-э-то все нереально.. Не со мной, – у Алисы тряслись руки и странно корежилось лицо. Зачем разводить всю ту чушь?

– Пошли-пошли, – мягко взял ее за руку.

***

В зеркале пляшут тени, в зеркале пляшут всполохи пламени, в зеркале пляшут ведьмы, глаза их – обитель туманов, сокрытая в тех, кто ступил за порог. В тех, кто впервые ступает за порог. Подходи ко мне, иди ко мне: здесь нет места боли – лишь свет. Иди в объятия тумана, в мои объятия. Иди. Иди. Иди. И …

***

Я мягко взял ее за руку и туман окутал меня. Никто не увидел, как он растворил и заново создал меня. Я мягко взял ее за руку…

И повел к стулу, посадил, включил чайник, поставил на стол вазочку с печеньем. Взял одно и протянул Алисе.

– Бери.

– А? Спасибо, не хочу, – она посмотрела на кусок слоеного теста. – Это что?

– Печенье, – пожал плечами и бросил печенье в рот. Алиса начала жевать. Я сомкнул губы и понял, что мой рот пуст. – Какого черта?

– А, знаешь, вкусно, – девушку это, кажется, не насторожило вовсе.

– Как ты его взяла?

– Руками. Ты же сам предложил, – она посмотрела на меня как на идиота.

– Ясно, а.. – чайник пискнул. – Черный или зеленый?

– Зеленый, пожалуйста. Можно я еще возьму?

– Бери, конечно. С холодной водой?

– Да, если у тебя кипяченая.

– Что?

– Я не очень люблю добавлять фильтрованную воду в чай. Не знаю почему. А вот холодный кипяток.

– Эм, это как?

– Ну, когда остывает скипяченная вода, остается кипяток. Он остывает и получается холодный кипяток. Ты так не делаешь?

– Нет.

– Ясно. Тогда давай просто горячий чай, – поставил перед ней кружку и сел рядом. – Что это за чай?

– Не знаю, – видимо, она хотела как-то начать разговор. Умница. – Сестра отправила из Китая пару месяцев назад. Наконец, до него дошла очередь.

– Покажешь потом упаковку? – Алисе чай действительно понравился. И успокаивал он хорошо.

– Без проблем, – я улыбнулся и поймал ее взгляд. Алиса словно с трудом могла сфокусироваться на мне: ее зрачки то сужались, то занимали всю радужку. Она смотрела на меня и пыталась вытолкнуть слова изо рта: девушка жевала губы, сжимала их в тонкую полоску, открывала рот, и резко подносила чашку ко рту, чтобы я не понял.

– Ты…– наконец, начала она. – Т-ты..знаешь, что со мной?

– Могу предположить, – врать не хотелось: она мне точно еще пригодится. – Но у меня пока что очень мало данных. Можешь рассказать о своих последних днях?

– Расскажи, что знаешь, – девушка явно не хотела давать мне информацию бесплатно. Иногда быть умницей вредно, знаешь?

– Я смогу предположить, что с тобой, если ты мне расскажешь о своих последних днях, – постарался придать лицу максимально честное выражение. Как у Олега перед тем, как он меня кинул. – Сейчас ты для меня – просто моя галлюцинация. Но ты ведь себя таковой не считаешь, правильно?

– Да. Но почему ты так думаешь?

– Алекс – мой глюк, – пожал плечами. – Одним больше, одним меньше.

– Тогда почему я его вижу?

– А вот для этого мне нужно узнать о тебе побольше. Тогда получится хотя бы какие-то гипотезы построить, понимаешь? – а дальше следовало немного надавить. – Послушай, это тебе нужна моя помощь, так как только я тебя вижу. Тебя нет ни для кого, кроме меня. Если ты хочешь разобраться во всем, то просто ответь на вопросы, и мы решим, что дальше делать. Если не доверяешь, то можешь просто уйти.

Алиса резко выдохнула, нервно сжала кружку, посмотрела на холодильник, белый, с экраном для регулирования температуры и часами. На нем было много магнитиков – сестра всегда присылала их, если Ассоциация отправляла ее на задания за пределы Ванкувера. Мы сидели в тишине, нарушаемой тиканьем часов, которые стояли в комнате.

Наконец, Алиса решилась: перевела взгляд на меня, шумно вдохнула, отставила кружку и начала говорить.