― Работать с источниками, конечно же! — почти горделиво провозгласила донья Августина. — Во-первых, изучать основы теормага, во-вторых, искать возможные зацепки насчёт управляющего заклинания.
― То есть мне надо будет рыться в книгах? — нахмурился Реймонд. — Искать неизвестно что?
Донья лишь улыбнулась снисходительно.
― Основы теормага помогут вам понять, с каким типом управляющего заклинания вы имеете дело, это уже облегчит и сузит ваш поиск. Так что вперёд! Нас ждут сокровища знаний!
Реймонд, пытаясь унять раскалывающую череп головную боль, сидел, стараясь не шевелиться. Неожиданно его осенило сравнением: у него похмелье от знаний. Если нет привычки к алкоголю и не умеешь пить, то быстро напьёшься, и завтра тебе будет плохо, а также отобьет память. Но если регулярно практиковаться, слушаться умелых и знающих людей, а также иметь крепкий организм, то можно будет регулярно пить, не пьянея, и в целом обходиться без похмелья.
Вот не было у него привычки поглощать знания, не умел он их пить, а всё же прибежал в библиотеку и начал хлестать в два горла. Было очень стыдно за такой свой запал и ощущение, мысль, что вот-вот, ещё минута или две, и он найдет указание, ключ, заклинание и отопрёт дверь к сокровищам.
От сравнения стало ещё хуже и его замутило, да так, что пришлось склониться над ближайшей емкостью. Возможно, именно это его и спасло, так как он услышал голоса Киэры и мастера Светлы. Первая настаивала на том, что магистр «никого не хочет видеть», а вторая сердилась и настаивала на том, чтобы немедленно пройти к будущему пациенту. Мол, раз магистр Агостон ездил в соседнюю долину, то уж мастера-целительницу как-нибудь переживёт.
Реймонд торопливо сотворил заклинание — иллюзию деда, — но состояние, в котором он находился, неспособность сконцентрироваться, дало о себе знать.
― Агостон! — ахнула Светла, уже стоявшая на пороге.
Очень Реймонду не понравилась фамильярность этого возгласа. Он и раньше, во время «болезни» дедушки, подметил несколько деталей, да и Маэра прямо говорила о её влюбленности (явно желая оттуда перевести разговор на свою влюблённость в Реймонда), но всё равно подобное как-то не укладывалось в голове. Реймонд знал, что маги такие же люди, как и все остальные: влюбляются, женятся или выходят замуж, но всё равно — дедушка и мастер Светла? Он же старше её чуть ли не вдвое!
Был старше.
И аналогично он сам, вдвое моложе мастера Светлы. С риском раскрытия себя, даже если бы ему вдруг пришла в голову безумная мысль воспользоваться её страстью. Мастер целительской магии! Иллюзию она, может, и не распознает, но стоит войти в, кхм, более тесный контакт, как состояние организма точно скрыть не удастся.
― Поверить не могу! — сердито воскликнула Светла, надвигаясь. — Магистр Хатчет! Вы едва оправились от смертельного ранения, отказались от моих услуг и тут же отправились сражаться с грых-шатуном!
― Вы в курсе? — пробормотал Реймонд.
― Весь Нуандиш в курсе! — Светла с силой впечатала свою волшебную сумку в стол. — Все восхваляют вашу мощь, магистр! Славят великого Агостона Хатчета!
Если и были у Реймонда сомнения в словах Маэры, то тут они окончательно рассеялись. Светла говорила с той смесью досады, страха и нежности, что сопровождает ситуации, когда дорогой тебе человек попал в смертельную опасность, но всё же выжил.
И ещё он понял, что сейчас его будут лечить, попутно признаваясь в любви.
Можно было не сомневаться, что раньше Светла деду в любви не признавалась, да и тот не испытывал к ней особых чувств. Иначе объяснения бы уже давно состоялись, и они жили бы вместе или относились друг к другу с холодным профессионализмом. Всей этой скрытой страсти уж точно не было бы. Надо полагать, Светла и дальше молчала бы, дед Реймонда-то в смертельные ситуации не попадал, в отличие от бестолкового внука.
Получалось, что Реймонд сам спровоцировал текущие события.
― Стоп! — вскинул руку Реймонд.
Светла, уже успевшая усеять стол содержимым волшебной сумки, остановилась, и на лице её отразилась тревога.
― Агостон? — и в глазах её помимо тревоги читалась решимость помочь.
Реймонд лихорадочно соображал, чего бы такого соврать. Первой мыслью было придумать опасное заболевание, опасное в первую очередь для магического целителя, но тут же пришла вторая мысль, что мастер Светла Тарниш явно разбирается в таких болезнях лучше недоучки Реймонда.
― Магистр, вы не можете так пренебрегать здоровьем! На вас лица нет! Страшно подумать, как вы перенапряглись, чтобы справиться с грых-шатуном! — издавая громкие восклицания, Светла быстро смешивала порошки, постоянно бросая взгляды на «Агостона Хатчета». — Я понимаю вашу скорбь и желание помочь людям, но должны же быть границы?! Если бы вы сразу приняли мою помощь…
