— Я тебе задала вопрос, — раздраженная отсутствием реакции дочери на ее слова, произнесла Софья Георгиевна. — Изволь, отвечай матери.
— Я не желаю думать о последствиях, мне вполне достаточно того, что мне становится хорошо.
— Может, ты не желаешь думать о последствиях, а мы с отцом не можем о них не думать. И не позволим губить свою жизнь.
— Моя жизнь принадлежит только мне, — возразила Рената.
— Конечно, тебе, мы и не спорим. Но смотреть, как ты ее губишь, мы не в состоянии. Это выше наших сил. Кстати, я уже заметила одно прямое последствие — ты стала плохо есть. У тебя нет аппетита?
— И что? — дернула плечами Рената.
— Это прямой результат кокаиновой зависимости, об этом написано во всей литературе. И это только начало. Ты и представить не можешь, какой ужас тебя ожидает. Зачем тебе это? После окончания карантина мы будем вынуждены поместить тебя в закрытую специализированную клинику. А это почти тюрьма.
Рената резко села на кровати.
— Я туда не лягу.
— Ляжешь. Мы освидетельствуем тебя, как наркоманку, и суд сделает это в принудительном порядке. Речь идет о твоей жизни и смерти, и мы готовы на все.
— Хотите меня убить? — внезапно закричала Рената.
— Спасти. Иногда ради спасения приходится применять жестокие меры. Ты сама нас к ним вынуждаешь.
— И вы это уже решили? — с тревогой в голосе спросила девушка.
Софья Георгиевна решила, что самое время выдержать длительную паузу. И пока она ее держала, то неотрывно смотрела на дочь. Рената явно была сильно напугана, перспектива оказаться на больничной койке вызывала у нее страх.
— Пока окончательного решения мы с отцом не приняли, — сообщила Софья Георгиевна. — Мы рассматриваем и другие варианты.
— И что за варианты? — с надеждой спросила Рената.
Софья Георгиевна придвинулась к дочери почти вплотную.
— Этот вариант покажется тебе на первый взгляд странным, зато, возможно, действенным. Я сама немало изумилась, когда о нем услышала и поначалу отвергла. Но затем подумала, почитала в Интернете, и изменила мнение. Что нам известно, что помогает, а что нет. Наука нередко оказывается бессильной, а методы, которые мы относим к антинаучным, дают результат.
— Мама, я ничего не поняла из того, что ты сказала, — произнесла Рената.
— Известно ли тебе, что такое экзорцизм?
Рената наморщила лоб.
— Кажется, это изгнание бесов, я смотрела один фильм об этом, — не слишком уверенно произнесла она.
— Тем лучше, значит, можно меньше объяснять. Отец Варлам уверен, что за каждым человеческим грехом или пороком прячется бес. И его надо изгнать из тела и души.
— Так ты предлагаешь… — От изумления у Ренаты даже закончились слова.
— Да, попробовать. Отец Варлам готов провести обряд, и обещает, что он поможет избавить тебя от кокаиновой зависимости.
— Мама, у тебя высшее образование, ты кандидат медицинских наук — и веришь в такую чушь?
Софья Георгиевна грустно вздохнула.
— Я не знаю, во что верить, я лишь страстно желаю освободить тебя от наркотиков. Ни один способ не гарантирует успеха. А люди занимаются изгнанием бесов много веков. Что-то же тебя заставляет принимать эту гадость. Значит, эту причину и надо уничтожить. Вот все, что я знаю.
— И если я соглашусь, то вы не положите меня в клинику?
— Если обряд принесет результат, разумеется, не положим.
— А если не принесет?
— Будем думать, что делать дальше. И клиника, как один из вариантов. В любом случае это шанс. А иметь шанс всегда лучше, чем его не иметь. Послушай, девочка, очень тебя прошу, соглашайся. Хуже уж точно не станет. А там, кто знает…
Рената обеими руками обхватила голову.
— Мама, мне иногда кажется, что то ли я, то ли мир сходит с ума.
— Возможно, ты и права, но в этом сумасшедшим мире становится еще важнее сохранить ясную голову. А с кокаином это уж точно не получится. А если у тебя есть другие проблемы, мы вместе их решим. — Софья Георгиевна прижала к себе дочь, Рената положила голову ей не плечо.
— Хорошо, мама, пусть будет так, как ты хочешь, — прошептала она.
— Ты — умница, ты не пожалеешь об этом решении. Пойду к отцу Варламу, пусть готовится.
— А это случится скоро? — В голосе Ренаты послушался испуг.
— Сегодня. Но ты не бойся, чем раньше, тем лучше. Пока же расслабься. Вот увидишь, все будет хорошо.
Об этой комнате не знал никто, даже жена. Когда дом строился, он договорился с архитектором, что тот сделает тайное помещение, вход в которое будет тщательно замаскирован. И, проходя мимо него, ни у кого не должно появиться даже самого легкого подозрения, что тут есть дверь.
Михаил Ратманов внимательно осмотрелся вокруг. В коридоре никого не было. Он отодвинул висящую на стене картину, надавил на кнопку, панель отодвинулась, и он быстро нырнул в помещение. После чего вся конструкция вернулась в прежнее состояние.
