– Спасибо, что вступился, – сказала Кларк. – Даже если пришлось немного приврать.
– Рискну предположить, что Моллисону говорят неправду не в первый раз.
– Я не хочу, чтобы у тебя из-за меня возникли проблемы.
– Меня заботит только партия в гольф, которую ты мне обещала. К тому же АКО явно спит и видит снова пойти на тебя войной.
Оба уже стояли на парковке позади участка, где ждала “астра” Кларк. Патрульные машины выстроились в ряд, и в самом его конце стояла машина без маркировки – черная “ауди”. Окошко со стороны водителя было опущено, являя взглядам Брайана Стила.
– Легок на помине, – заметила Кларк и повернулась к Сазерленду: – Мне надо перекинуться с ним словечком, и лучше, чтобы ты этого не слышал.
– Шивон, я уже большой мальчик.
– И все же…
Кларк решительно направилась к “ауди” и нагнулась к окошку, оказавшись лицом к лицу со Стилом.
– Что привело вас сюда, инспектор Кларк? – с глумливой улыбкой вопросил Стил.
– Скажу только одно. – Голос Кларк был тихим, но твердым. – Когда вы возьметесь за меня – если вы
– Перед тем как спрыгнуть?
– Думаете, я вам доставлю такое удовольствие?
– У вас телефон звонит. – Стил кивнул на карман ее куртки.
Шивон вытащила телефон. Звонил ее зубной врач. Она подождала, пока телефон успокоится.
– Ничего срочного?
– Кто-то ошибся номером.
Стил сделал сочувственное лицо.
– И часто так звонят? Наверное, ужасно раздражает.
Шивон постаралась не показать, насколько довольна. Попался. Значит, думает, что Даллас Мейкл до сих пор преследует ее.
– Вы бы лучше навестили своего приятеля Моллисона, – сказала она и просунулась в окошко еще глубже. – Постарайтесь убедить его в своей правоте еще раз. А я готова ко всякой вашей гадости, самодовольное вы ничтожество, гнутое достоинство.
Она вернулась к дожидавшемуся ее Сазерленду. Вслед ей похохатывал Стил.
– Смешная, наверное, шутка была, – заметил Сазерленд, когда Шивон открывала машину.
– Убийственная, – согласилась она.
Ребус припарковался у ворот школы, в которой училась Билли. Он приехал заранее, и не зря. Вскоре стали подтягиваться родители, чтобы забрать детей, и дорога оказалась заставлена машинами. Ребус размышлял о лжи, живущей в каждой семье. С улицы трудно разобрать, что происходит за стенами и занавешенными окнами. Даже когда переступаешь порог, тайны тебе выкладывать никто не спешит. В век интернета и мобильных телефонов дети и родители еще больше отдалились друг от друга – пусть они иногда и делились друг с другом своими секретами, но в то же время скрывали под маской какую-то часть своего настоящего “я”. Понять человека было нелегко и раньше, но сколько усилий надо приложить сейчас, чтобы найти дорогу в тумане лжи и лукавства. Современная полиция угодила в ловушку, позволив технологиям – компьютерам и камерам наблюдения – подменить собой старые знания и умения, догадки-озарения и интуицию.
В престарелой магнитоле “сааба” тихо наигрывал лазерный диск – на этот раз не Арво Пярт, а Брайан Ино, еще один дар Деборы Куант, призванный поспособствовать развитию у Ребуса “осознанности”. Когда Куант объяснила Ребусу суть этого понятия, Ребус заспорил, что он и так всегда практиковал осознанность, просто раньше это называлось “думать”. Ребус обнаружил, что хочет позвонить Деборе, устроить еще одно свидание за ужином – может быть, даже с ночевкой. Тут у него зазвонил телефон.
– Привет, Шивон. Хочешь рассказать об очередном разносе?
– Тебе известно, что квартиру Стюарта Блума взломали через неделю после его исчезновения?
– Нет.
– Еще один косяк со стороны следствия. А что ты знаешь про наркодилера по имени Грам? Или Грэм?
– Как Грэм Парсонс?
– Кто?
– Был такой музыкант, он умер молодым.
– Тогда это может быть вымышленное имя.
– Может, ваш Грэм был фанатом Грэма оригинального. Он предлагал наркотики?
– Почти всем, кто снимался в фильмах Джеки Несса.
– Если бы это имя всплывало, я бы вспомнил.
– Это он принес наручники.
Ребус поразмыслил.
– В то время на восточном побережье заправляла банда Кафферти. Сомневаюсь, что Кафферти потерпел бы конкурента, хотя бы и из низшей лиги.
– Мы с Малькольмом это уже обсудили, и я вот что подумала. Смерть в результате передозировки произошла практически на пороге “Бродяг”. Мы переворачиваем в клубе все вверх дном, но ничего не находим, потому что “Бродяг” ты предупредил.
– Я буду все отрицать, – ввернул Ребус.
– Ты предупреждал клуб, чтобы спасти шкуру Стюарта и Дерека или чтобы взбесить Кафферти? Ведь любой, кого загребли бы во время этих рейдов, с большой вероятностью торговал бы наркотиками именно от лица Кафферти.
– Шив, не придумывай. Помнишь про око тайфуна?
– Джон, из-за тебя журналист попал в больницу.
Ребус прикусил нижнюю губу.
– Лес рубят – щепки летят, – сказал он наконец. – У Малькольма хорошо получается копать.
– Согласна. Спросить у Кафферти про этого Грэма?
Ребус подумал.
– А нельзя по-другому выяснить, кто он?
