В двадцать лет мы украли корову полностью

Под подушкой вибрирует мобильный. Первые минуты пытаюсь игнорировать его – противный будильник. Потом вспоминаю, что сегодня суббота, и ничего я не заводила. Тянусь за телефоном. Без линз вижу плохо, особенно спросонья, но разглядеть «Аля» на экране все-таки могу.

– Алло. – Что ей могло понадобиться?

– Лиза, где корова? – Кажется, подруга сошла с ума. Ничем другим объяснить этот вопрос я не могу.

– Что случилось? – Сережка тоже проснулся. Трет глаза, тянется за своим мобильным.

– Аля, какая корова? – Нехотя вылезаю из кровати. Даже выглядываю в окно. Ничего не изменилось, за занавесками – Финский залив и башня Лахта-центра. Типичный Питер, откуда взяться корове.

– Которую мы вчера забрали. Спроси Сережу. Знаю, что он у тебя. – Аля на громкой связи – понимаю по эхо. Тоже переключаю на этот режим, чтобы Сережка все слышал. Но он, кажется, не обращает на нас внимание – что-то набирает в телефоне. Потом показывает мне беседу в общем чате. С фоткой коровы – деревянной маленькой статуэтки на колесиках, которую мы вчера зачем-то сняли с полки в ресторане и катали по столу. Двадцатилетние дети.

– Деревянной? – уточняю у Али.

– Да-да-да. Она у тебя? Сейчас приеду… – Я прям вижу, как Аля уже шнурует ботинки и вызывает такси. А когда оно долго не едет – какой водитель будет ехать быстро в семь утра – начинает бежать к нам: от Удельной до Приморской.

– Стой! Нет, она не у нас! – Квартиру снимаю я, но Сережка в последнее время так часто здесь ночует, что я привыкла говорить: «У нас». Хотя, официально мы, конечно, не живем вместе – рано пока. По крайней мере, так кажется моей маме. Папе и вовсе лучше не знать, что его лапочка-дочка ночует не одна, даже если Сережка устраивает его в качестве моего парня.

– Блин, а у кого же? Вспоминайте! – Аля нетерпелива, как всегда.

– Воронихина. – Голос Сережки со сна обольстительно-хриплый. Это возбуждает и будь обстоятельства другими, мы бы долго не выбрались из постели. – Дай хоть чай попьем и будем думать.

– Давайте, только быстрее. Мне уже из ресторана звонили. Просят вернуть. А вы вчера были самые трезвые.

– Львович вообще не пил, – говорю я, но Аля уже вешает трубку.

– Мила, ты помнишь, что вчера случилось с коровой? – спрашиваю, чувствуя себя столь же сумасшедшей, что и Аля. – Той, что деревянная.

– Что? Вы ее взяли? Зачем? – голос Милы звучит визгливо, но бодро – она из тех, кто любит подниматься в шесть, а то и в пять утра. А еще она – староста нашего курса. Надзиратель. Следователь. Выедатель мозга.

– Не мы. В смысле, не мы с Сережкой. Но кто-то из нас. Ну, из нас, кто вчера был на дне рождения Али. – Жестами показываю Сережке, что хочу кофе, а не чай. Сливки, две ложечки сахара – но это он и сам знает. Заботливый. А если бы все же согласился вместо меня позвонить Миле – вообще идеальный.

– Так Воронихиной и звони, ее же днюха была. Пока, – бурчит Мила и вешает трубку. Алю она не долюбливает, хоть и не высказывает это вслух. Просто не помогает на семинарах, не делится конспектами и никогда не прикрывает перед преподами. Камень преткновения – привычка Воронихиной язвить по делу и без. А еще – Игорь Семенов, тощей тенью ходящий за Алей. И не замечающий Милу.

– А у Семенова не может быть? Ну, взял как сокровище, которого руки Али касались. Она же еще и расписывалась на ней. Священная корова по-семеновски, – хихикаю. Сережка давится кофе. Кашляет.

– Все, конечно, возможно, но там все расписывались, – говорит. – Кстати, а чья была идея с росписями?

– Ну кому в нашей компании приходят все величайшие идеи? Леське, конечно!

Леся Царегородцева с прозвищем Царица способна подбить нас на любое безумство. Осанка, длинные волосы, взгляд, от которого не оторваться… Бесспорная королева курса. Папенькина дочка, при этом лучшая ученица и признанная красавица. Относящаяся беспечно абсолютно ко всему, кроме проблем Сашки Милюкова – ее верного рыцаря. Хорошая пара, хоть и уверяют всех, что просто друзья. Ну да, ну да. А то никто не видел, на чьих коленях сидела Леся вчера. И как Милюков в очередной раз отмерял, сколько ей можно выпить. Но, видимо, не досмотрел.

Леся 08:21

Я не брала. Только фоткалась

Леся 08:22

И Саня не брал. У него и карманов не бло

Леся 08:22

*было

Лиза 08:23

Но ты его все равно спроси. Ок?

Леся 08:26

Ок

Леся 08:41

Говорит, что не брал. Сонный, правда. Через час еще раз ему позвоню.

Леся 08:42

Может вспомнит чего

Лиза 08:44

Хорошо. Спасибо))

– Нет, Аля, Леся говорит, что это не они с Сашкой. Точно кто-то из наших? – На часах почти десять, но злополучную статуэтку найти пока не удалось.

– В ресторане говорят, что да, из наших, на камерах видно. Но даже кто – парень или девушка не говорят. – Аля взвинчена. Больше всего на свете она не любит попадать в неловкие ситуации.

– Может просто скинемся и заплатим за нее? Или купим похожую, – советует Сережка. Аля хохочет в трубку, будто он смешно пошутил.