Всевозможные диалектические материализмы утверждают однозначно, что абсолютно все в этом Мире есть естественный продукт физико-химических процессов и реакций. Все, все абсолютно! — даже жизнь, разум, наши душевные переживания, эмоции и чувства… Так утверждают однозначно всевозможные диалектические материализмы, но ведь, по сути, то же самое стремится доказать и серьезная наука.
Отсюда так легко понять, почему популярнейшая с незапамятных времен идея о множественности обитаемых миров во Вселенной возведена и поныне почти в аксиому. Возведена до такой степени, что говорить нынче в противовес о нашей уникальности даже неприлично и боязно. В самом деле, коль абсолютно все в этом Мире определяется исключительно законами физики-химии, а законы эти во всем пространстве одинаковы — то чем, чем же мы лучше других?
Да, да, тут не поспоришь, с точки зрения всевозможных диалектических материализмов во Вселенной просто обязано быть множество обитаемых миров. Именно, именно так, и не иначе! Ведь родная наша Земля есть рядовая планета в материнских лучах обычного солнца, рядового желтого карлика на пустынных задворках рядовой спиральной галактики. Аналогичного класса планетных систем должно быть миллиарды… И галактик аналогичных во Вселенной имеются тоже миллиарды… Словом, миллиарды миллиардов точно такого и законы одни и те — откуда же тогда взяться уникальности? Ну чем, чем мы лучше других с точки зрения лишь этих слепо орудующих, неуклюжих законов физики-химии?
Да и психология здесь слишком важна. Грустно, обидно уж очень оказаться безнадежно одинокими на этих невообразимых просторах. Давят, давят с неотразимой силой эти невообразимые просторы, давят с времен незапамятных. Вот, например, еще эпикуреец античный Митродор утверждает категорически: «считать Землю единственным населенным миром в беспредельном пространстве было бы такой же вопиющей нелепостью, как утверждать, что на громадном засеянном поле мог бы вырасти только один пшеничный колос». А вот точно такое же по сути своей утверждение, но уже тысячелетиями позже, и автор его наш гениальный основатель астронавтики К. Э. Циолковский: «Вероятно ли, чтобы Европа была населена, а другая часть света нет? Может ли быть один остров с жителями, а другие — без них..?»
И какие времена ни возьми, чьи ни посмотри высказывания, а почти поголовная уверенность в множественности обитаемых миров на просторах Вселенной зиждется только на этом, единственном. Мол, «невозможно и даже страшно представить, что среди миллиардов бесчисленных схожих планетных систем не найдется хотя бы одной-единственной…» — а далее следуют все новые и новые, поражающие своей убедительностью в литературном плане сравнения.
Ну а кроме литературы-то что?
Да ничего. То есть на лицо в аргументах одна лишь слепая в рамках законов физики-химии голая теория вероятности.
А если без литературы и психологии? С точки зрения только объективных научных данных взглянуть?
Первое.
Мы знаем, что родная планета Земля есть всего лишь песчинка неизмеримая в масштабах Вселенной, но песчинка эта! — песчинка эта уже довольно заметна. Благодаря телевидению, ее электромагнитное излучение в диапазоне радиоволн вполне сравнимо по интенсивности с излучением солнечным, соизмеримо по интенсивности с излучением своей звезды! А это напрямик означает, что по своей заметности извне мы уже вышли на звездный уровень, мы видны своей «искусственностью» даже для цивилизаций уровня нашей на многие миллионы световых лет. Но ведь согласно аксиомам о «множественности» — во Вселенной должны неизбежно присутствовать и куда более развитые цивилизации, а это значит и куда более «заметные»! Заметные даже для нас, причем на невообразимых расстояниях — и что же?
2012-год за окном, и уникальный телескоп «Хаббл» по-прежнему на орбите, посылая удивительные наблюдения…. Теперь мы можем достаточно зорко просматривать миллионы световых лет в округе в поиске разумных следов, мы уже сейчас в состоянии очень далеко обнаружить «искусственные» следы эти, даже если технический уровень развития цивилизации не столь сильно превышает наш… Но.
Второе.
Мощные радиотелескопы не один десяток лет прослушивают громадные пространства с надеждой уловить хоть что-нибудь мало-мальски не фоновое… Но.
Итак, мы теперь просматриваем и прослушиваем столько миллиардов звездных систем вокруг, что становится совершенно непонятно уже с диаметрально противоположной стороны. Ведь аргумент-то единственный в пользу «множественности миров обитаеиых» нынче ломом обратно срабатывает, бьет уже так напрямую, что хочется подчас просто воскликнуть в сердцах:
— Ау, родная! Теория вероятности, где ты?
Вдруг становится налицо своеобразный изворот наизнанку этой самой теории вероятности, она словно саму себя за хвост хватает — столько миллиардов уже скушала, а результата все нет! Ну и сколько, сколько же этих самых миллиардов тебе еще нужно?
Третье.
