Собрав блоки и веревки мы направились осматривать завал в воротах. Сейчас, имея на руках веревки и блоки, полоса препятствий закрывшая нам выход в первый раз казалась более проходимой, да и присутствие дяди Якова придавало дополнительных сил.
Заваленный проход осматривали долго, со всех возможных сторон и направлений. Результат порадовал и огорчил одновременно. Контейнеров было много и стояли они в расклин, но были они с верхних полок стеллажа. А значит что? Они пустые. Никто не ставит более тяжелые грузы наверх, во избежание перекоса. Да и пустую тару лучше брать поближе, это за полным стоит пройтись, поискать более подходящий по объему или содержимому. Не потащишь же со склада лист проката если нужна тебе маленькая шестеренка из него, а тут в соседнем ящике можно найти если не нужную, то обрезок из которого можно ее выпилить. Вот и появилась такая организация хранения. Ну это я опять отвлекся.
- Эх вы, бракоделы, оптом вас и в розницу, - обозвал меня дядя Яков, - Если бы посмотрели путем, сами бы выбрались. Тут работы-то на полчаса. Пойдем тягать.
И действительно, завал вполне под силу оказалось разобрать даже без грузоподъемных механизмов. Но уж явно не в одиночку, тут он все-таки перегнул. Работа доставляла больше психологического дискомфорта чем физических неудобств. Сложно воспринимать контейнер в твой рост шириной и пару ростов длиной как что-то легкое. Оно конечно углепластик и прочие полимеры, но когда ты теряешься а его фоне, далеко не сразу доходит что он тебе по силам. Вдвоем мы достаточно быстро расчистили лаз в который вышли на свободное пространство перед складом. Настя уже вся извелась и постоянно приставала ко мне с вопросами типа: «Ну вы скоро?», «А когда?», «А что так долго?» что я просто дал ей доступ на мою камеру на шлеме и приглушил ее канал в половину, чтобы не слушать ее писки по разным поводам.
Выбравшись на свободу со склада и по тряся добычей перед восторженной девушкой мы погрузились на платформу и двинулись домой. Ну не совсем домой, к месту нашего постоянного обитания. Когда делать стало нечего я задал вопрос над которым давно размышлял: - Дядь Яков, может все-таки объяснишь, зачем ты дразнил Настю. Не, в то что ты сказал я верю, но чувствуется в этом какое-то двойное дно.
- Хе, тогда рассказ будет долгим и сложным, - начал он издалека, -Вот скажи, ты счастлив?
- Ну да, полностью, - согласился я быстрее чем подумал, череда картинок-воспоминаний пробежала перед моим внутренним взором, нет, ну были и грустные эпизоды, и несчастливые, но наверное я всегда мог назвать себя счастливым.
- А можешь ты назвать глубоко несчастного человека в своем окружении? Не в конкретную минуту, а вообще, чтобы постоянно был несчастен и жаловался об этом?
Я задумался. У всех бывали неудачи, малые и большие печали, потери, иной раз безвозвратные. Но рано или поздно каждый находил свое малое счастье, успокаивался и расцветал. Находил себя в каком-то занятии, менялся. Но все равно становился доволен.
- Пожалуй нет, не знаю, - ответил я после долгого раздумья.
- Вот в этом и причина. Но вот такой парадокс, не могут быть все счастливы одновременно. Интересы пересекаются естественным путем. Ты хочешь мороженку, и я, и она, - он кивнул на Настю, - А она одна. Как поступить? Вот тут и начинаются различия миров. Сколько ты сейчас знаешь планет занятых человечеством?, - он опять резко поменял тему.
- Ну, - замялся я, - Больше двадцати наверное. Это если про системам считать, а планет не знаю, на каждой наверное кто-нибудь да есть, хоть маленькая научная станция.