— Настолько сильных кобников всегда мало — и было, и есть, и наверняка будет, — не согласился Асвер наливая в чашку практически одну заварку, благо заварной чайник был достаточно большой, — Иначе нашелся бы желающий сделаться единственным кобником, ликвидировав остальных. А у дураков, как известно, мысли сходятся — и не осталось бы ни одного кобника в принципе, друг друга бы стерли из архивов, — хоррианец отхлебнул чай — крепкий, но без посторонних фруктовых ароматов и привкусов, — Потому считаю, что по-настоящему сильный кобник дураком быть не может, не сочетаются такая сила и низкий интеллект, как ни крути. А слабые друг другу неприятностей подкидывали — так и неприятности те были слабыми. И вообще, вроде бы последователи Тиамат начали разветвление реальностей?
— Кобник всегда один, потому что кобничает Вселенная — Анна вспомнила нашарскую пословицу, — хотя посмотреть на них — и не скажешь так. Зорат служит Инанне, Нарата — Тьме, даже у Тиамат есть свои последователи-кобники. Христиане из ордена григорианцев тоже пробовали заниматься кобничеством, утверждая, что молятся Святому Духу и в этот миг становятся равными Христу по благодати и чудотворению.
— Пентагидровы служители начали, но продолжили люди. Марин, есть впечатление, в том числе, — Вера вспомнила человека из земного органа по контролю инопланетян. — Он сохранял воспоминания о любой ветке реальности, хотя все остальные забывали… кроме тебя, — прервалась велнарка, пристально посмотрев на Асвера.
— Можешь считать это несколько оригинальной наследственностью, — спокойно ответил Асвер, не отводя в сторону глаза, — Марда считает, что в предках у меня был щур. В очень давних предках, даже не сказать, сколько раз "пра"-дед. И я склонен ей верить — уверенно слышал звук Щурьего рога, дважды за Нашарский этап наших приключений. Первый раз, когда мы прибыли к дворцу Советов. Второй — уже в порту на Ппльвхе, когда мы в купальни заявились. И еще осколки стекла от той твари, что охраняла катакомбы в городе кракалевн, меня не взяли, только чешую чуть посшибали. И еще — причина того, что я все ветки помню, может быть в том, что я подключился к истории, когда разделение уже активно пошло, не было на меня никакого влияния начального этапа разделения.
— Марда говорила не про предка, а про слияние Теней, — вспомнила Вера диалог после странного случая с кристаллическими ранами. — Хотя почему щур… Кристаллами всё время навы оборачиваются, потому что смерть нава это смерть хаоса, а кристаллы это порядок. Есть и научное объяснение, но оно будет для вас сложновоспринимаемо.
— Мы не дуры, — Анна выпила последнюю каплю чая, но вторую доливать не стала. Анна постаралась скорчить морду поофициальнее и задрала нос:
— У навов нет тела из материи. Когда они оказываются в яви, они захватывают немного первичного вещества из нави или даже вселяются во что-нибудь из нашего мира, как это сделал господин стул. Эту материю они мутируют своими воздействиями, чтобы функционировать в нашей реальности и взаимодействовать с её веществом. У тебя, Анна, особенный меч, он смог поразить самого нава, а не его материю.
— Не поэтому, — поправила чешуйчатая, — скорее потому, что я теперь сама частично нав, после слияния с Кориктофисом.
— Однако… — Вера ненадолго остановила объяснения. — Так или иначе, ты убила именно нава, его навью часть. Он перестал контролировать материю, что находится в постоянном цикле мутаций сама в себя. Эта материя застывает в промежуточном состоянии и схлопытается о воздух в поликарбоноксид — химическое название этого кристалла, похожего на жжёный сахар. Не всегда в него, но чаще всего, потому что у него максимальная энтропия.
Анна задумчиво почесала нос. Вторую часть объяснений горе-инженерки она действительно никак не могла переварить:
— Знаешь, несправедливо применять принцип сокращения лишних сущностей только к религиям! К науке тоже стоит. Как говорил наш пономарь, если вы не можете объяснить догмат пятилетнему ребёнку, он ложен.
— Я предупреждала, — Вера довольно развела крыльями. — Как говорил Нильс Бор, "Вы либо не понимаете квантовую физику, либо сошли с ума". Это он ещё не знал про первичный вакуум первоматерии и разумную жизнь в нём.
Асвер слушал самочек, потягивая крепчайший чай, практически цельную заварку, малыми глотками. Обычно применяемый в качестве стимулятора для мозгов, чай на кухне Марды оказался еще и очень вкусным. "Узнать бы, где она его берет, — на секунду замечтался дракончик, — И самому взять три-четыре килограмма, чтобы надолго хватило". Мечты у дракончика из мира Хорриана были незатейливыми. Это с возрастом и пресыщением обычной жизнью и обычными удовольствиями приходят желания попробовать всякое экзотическое. Или свое, родное, но наивысшего качества. А пока молодой — желания простые. крепкого чаю или слабого спиртного, поесть от пуза, желательно мяса, поспать вволю. Ну и прочая физиология.