Социальная дистанция – проблема современности. В свободном обществе существуют люди, создающие стены вокруг и внутри себя. В этом же мире живут личности, наделённые необычной способностью – понимать чувства других через прикосновения. Их называют эмпаты. Анна, девушка, обладающая таким даром, отлично знает, что такое быть отвергнутой даже близкими. Но её внутренняя вера горит неугасимым пламенем, отражающемся в её поступках.Пока одни воспринимают подобных как миф, другим удаётся быть спасёнными – порой от собственных желаний.
Порой обычное касание незнакомца может быть сравнимо с ожогом на коже. Желание быть нетронутым – одно из самых популярных в наше время. Мы ограничиваем круг близких людей и тех, кому хоть на чуточку можем позволить знать о нас что-то большее, чем ник и статус в соцсетях.
Как часто вы видите, как коллеги, друзья, любимые люди делятся с окружающими вашими общими мгновениями ради сотни лайков? При этом за каждым подобным постом может быть пустота, шире которой лишь настоящая пропасть между вами. Мы, дети постсовестского пространства, взяли с молоком наших матерей привычку скрывать свои истинные эмоции, чтобы они не обернулись против нас. Невольный взгляд или лишнее прикосновение способны разрушить наш внутренний мир, ту систему, которую по кусочкам мы собираем в течение долгих лет.
Детство, отрочество, взросление. Чем старше, тем сильнее и выше забор настоящих чувств. Каждому не хватает только ПМЖ на личном острове, где можно усилить охрану и издалека давать понять о наличии акул под водой. Но что видим мы: счастливую улыбку в гамме стильного цвета в ленте новостей и отреченный образ, потерявшийся в пучине столь же закрытых людей. Социальная дистанция внутри каждого из нас.
Особенно сильно это ощущают эмпаты. Люди, наделенные даром сопереживать и принимать чужие эмоции, посредством прикосновения к человеку. Достаточно несколько секунд, чтобы он пережил те чувства, которыми наполнено сердце другого. Человечество не готово принять таких людей, поэтому они вынуждены скрывать свои возможности.
Анна, как никто другой, знает, сколько боли может принести этот дар. Всю свою жизнь она теряет друзей. Всё легко объяснимо: они не готовы делиться с ней своими реальными чувствами. Её необычность пугает их, как всё то, что трудно понять и принять. Несмотря на все перипетии жизни, эта девушка научилась извлекать пользу от своей эмпатии. Она работает педагогом по обучению особенных детей. Тех, кто лишён не по своей воле каких-либо качеств: зрения, умения говорить или сосредотачиваться во время работы. С таким даром удаётся понять, что ребёнок пытается донести, если самостоятельно не способен это сделать. В такие моменты Аня дарит надежду, что несмотря ни на какие преграды, этих малышей смогут понять и принять другие люди. Они будут чувствовать себя такими же, как и все.
Когда я зашла в утренний вагон метро, кто-то сильно толкнул меня в плечо. В это мгновение пронзила режущая и зудящая изнутри боль, попеременно сменяющаяся гневом… Инстинкт самосохранения удержал меня благодаря хватке за холодный турникет. Я опустилась на ближайшее сидение и поправила свои волосы. Новое ощущение не отпускало. Словно на американских горках, внутри стихийно бушевали эмоции в том числе глубокий страх, который тщательно пытались скрыть и не давали волю показаться. Это ужасное чувство. Страх, что ты не знаешь, насколько сильную боль причинит тебе любимый человек. Кто это? Твой муж? Сын или дочь? Мне стало грустно, и я стала искать глазами этого человека.
Нашла. Точнее в эту же секунду в упор на меня смотрели глаза. Подобной встрече взглядами явно были не рады.
– Ты что уставилась? Молчишь. Пришибленная что ли? – тучная женщина крепко вцепилась руками в свою сумку и пакет, которые лежали у неё на коленях. Её уставший, грубый взор тщательно рассматривал меня с нескрываемым пренебрежением.
– Нет. Извините, – пробормотала я, слегка подняв нос, чтобы меня возможно было услышать.
Вагон остановился, и большая часть людей вышла, оставив нас вдвоём помимо пары-тройки человек. Я не могла это оставить просто так, но при этом что-то в моей голове всё же говорило: не лезь на рожон!
– Извините, это наверно не моё дело…, – суровый взгляд продолжал вдалбливать меня в стену, тем самым ослабевая мою уверенность, – Я хочу вам помочь! Но не знаю, чем…
– Слышь, воспитанная! Я что, на бомжа похожа? Ты чего это вздумала мне свои подачки подносить?
– Нет, нет, нет! Вы не так поняли! Я понимаю вашу боль и хочу помочь. Вы можете рассказать мне… – набираюсь храбрости и присаживаюсь рядом с ней. Боль внутри меня усиливалась. Словно радар я поняла, что именно здесь сигнал сильнее. «Чтобы вам было проще. Представьте, что мы с вами едем в поезде. Так ведь проще делиться с незнакомым человеком, не правда ли?!» Ошарашенные глаза женщины в миг оказались слегка потерянными. Внутренние доспехи стали спадать, кулачки ослабли свои пальцы, но…
– Да ты совсем чокнутая! Как только двери открылись, женщина выбежала из вагона, даже не зная, на какой станции она вышла. Оставив меня наедине со своим разочарованием. Раздув щеки, я подумала про себя: Мда, комплекс супермена можно сказать засчитан. Well done1, Аня. Тяжело вздохнув, я укуталась в бежевый плащ и стала ждать, когда объявят ближайшую остановку.
– Так, ребята. На сегодня завершаем свои поделки, а завтра устроим настоящую выставку! А ну-ка, кому помочь подписать работу? С помощью жестов и сопровождаемой речи, она дала завершающее задание малышам.
