Люди мирные борются с бурей и зноем,Превращая в сады и поля целину.Кто позволит в прекрасное время такоеРазжигать на земле мировую войну?!Нам для мира и счастья земля плодоносит,Мы ни счастье, ни мир не вверяем судьбе!Кто силён и отважен, тот мира не просит,Тот его отстоит в неустанной борьбе…То не море расшумелось грозноеВ летний вечер предо мной,То бескрайние поля колхозныеЗолотой шумят волной.Дорогие, сердцу очень близкие,Песни льются от души…До чего ж поля мои сибирскиеВ час заката хороши!Эх, гармонь, моя подруга верная,Сколько пройдено пути?Но таких полей нигде, наверное,В целом мире не найти.<p>«Икарус»</p>Угол крыши, как парус,Над сожжённой травой,Погибает «Икарус»Под струёй огневой.Он ещё б по маршрутуМного вёрст накатал,Да ненужным кому-тоВ час неправедный стал.Изловчились, сумелиЗа вместимость казнить.Сколько ж надо «Газелей»,Чтоб его заменить!Разобрали на части,Разрезают огнём,Кто-то пляшет от счастья,Я же плачу о нём,Понимая невольно,Чем он был для меня,Раз так стало мне больноОт шипенья огня.Повидал он немалоНаших горе-дорог,Гнал его я, бывало,И лелеял как мог.Чтоб прожить не вполсилыУ судьбы на краю.Так стоят у могилы,Как пред ним я стою.<p>Интересный случай</p>Был я тогда совсем юным. После обучения в ремесленном училище меня, столяра четвёртого разряда, направили на работу в г. Владивосток. Обрадовался я сильно! Никогда моря не видел, а тут сразу – Тихий океан! Два года отработал, как требовалось по закону, на заводе в столярном цехе, где делают мебель на суда, и нашёл работу интереснее – рабочим сцены в Крайдрамтеатре им. М. Горького. Освоился я быстро. Вся работа моя заключалась в том, чтобы ставить декорации, а когда шёл спектакль, просто отдыхать до следующего акта.
Было нас трое, и мы хорошо справлялись с работой, каждый на своём месте. В репертуаре театра были тогда спектакли «Угрюм-река» Шишкова, «Кремлёвские куранты» Погодина и другие. Расскажу интересный случай с того вечера, когда на сцене шёл спектакль «Кремлёвские куранты». Установили мы всё, что было нужно, сидим, курим. Спектакль идёт уже какое-то время, вдруг за кулисами появляется Ленин! Проходя мимо нас, остановился и, слегка картавя, сказал: «Здравствуйте, товарищи!» Я произнёс, заикаясь: «Ззздравствуйте» и смутился от того, что курившие ответили ему: «Привет!», как обычному мужику. Потом он наклонил голову набок и ленинской походкой быстро пошёл на сцену.
