Холодный осенний ветер срывает с деревьев последние жёлтые листья. По небу торопливо бегут низкие рваные облака, из которых, как из сита, сыплется мелкий дождь. Спешат к югу стайки зябликов и юрков, а над свинцовыми волнами пруда в поисковом полёте барражируют транзитные чайки. Внимание привлекает небольшая, но стройная, песочного цвета пичуга.
Сверкнув в воздухе белым пятном надхвостья, она уселась на торчащий из земли корень и приседает, как в реверансе. Это обыкновенная каменка, оказывается.
Сразу же вспомнилось далёкое детство. Маленьким мальчиком, играя на куче приготовленного для строительства камня, заметил я, как из щели выпорхнула такая же птица. Просунув туда руку, нащупал уютное гнездышко, в котором лежало несколько нежно-голубых яичек.
И что удивительно – радость того открытия я сумел пронести через всю жизнь…
Удивительно и то, что воспоминания о прошлом сразу же избавили меня от дискомфорта, который я ощущал из-за ненастья.
Каменка за очень короткое время успела освоить Европу, Северо-Восточную Азию и даже Северную Америку, Исландию и Гренландию, начав свой «завоевательный поход» из Африки. Дважды в год эти птахи повторяют путь, пройденный их предками. Вот и сейчас часть их из североамериканских провинций Онтарио и Лабрадор через Гренландию, Исландию и Атлантику стремится достигнуть берегов Европы, откуда привычным путём будет добираться до африканских тропиков. Другая часть каменок, родившихся на Аляске, пересечёт Берингов пролив, северо-восточные районы Сибири, Ближний Восток и Аравию, чтобы тоже прибыть на свою историческую родину в Африке и где-нибудь на скалах Рувензори встретить своих западных соплеменников.
Инстинкт слеп. Ведь те и другие могли подобрать места для зимовок значительно ближе. Родина моей знакомой, конечно, не так далеко – в горах Северного Урала, а может, и на Новой Земле. Трудно понять, что заставило этих насекомоядных южного облика птиц искать счастья на севере.
Может, виной тому явилась страсть к одиночеству, которое испытывают эти птицы? Каменки никогда не образуют стай, ведя обособленный образ жизни. Может быть, поиск партнёра для продолжения рода заставляет их лететь всё дальше и дальше? Ведь освоение новых земель происходит во время весенних миграций. Биологи называют эту птицу обыкновенной каменкой. Но разве можно согласиться с этим. Нет, это необыкновенная каменка.
Воробьёв по праву можно назвать пернатыми спутниками человека, так как вся жизнь этих птиц теснейшим образом связана с деятельностью людей. За исключением районов Крайнего Севера и Камчатки, у нас нет городов и посёлков, где бы не было этих птиц. Следом за освоением европейцами новых земель туда непременно ввозились и воробьи.
Большинство представителей ткачиковых, к которым относятся и воробьи, обитают в тропических или субтропических странах. Наши полевые и домовые воробьи тоже были когда-то жителями юга. На север они пришли только как спутники человека в период развития коневодства и освоения зерновых культур.
В нашей стране пик их численности приходится на дореволюционный период, когда в России было несколько десятков миллионов лошадей, а посевы овса были практически повсеместно. Замена гужевого транспорта на механический привела к резкому сокращению численности воробьёв. Особенно сократилась численность домовых воробьёв в городах, где произошла замена деревянных строений каменными, что привело к ухудшению условий для гнездования. Поэтому воробьи в городах становятся редкими. Птицы эти отличаются повышенной привязанностью к месту своего рождения. В лучших условиях оказались полевые воробышки, которые, благодаря высокой пластичности поведения, постоянно кочуют в поисках лучших условий для проживания.
Недавно, проходя по улице нашего города, обратил я внимание на небольшую стаю полевых воробьёв, собравшихся покинуть наши края. «А вы говорите, что воробьёв становится всё меньше и меньше, а их посмотрите – сколько», – это сказала шедшая рядом со мною женщина.
Для неё, как и для большинства наших граждан, все воробышки были одинаковыми. Не раз приходилось слышать разные обвинения в адрес этих пичуг. Иногда их называют нахлебниками и паразитами, а часто и вредителями сельского хозяйства, и распространителями болезней. Даже само название воробей уже говорит само за себя. Так кто же они, эти живущие рядом с нами птицы?
Наверное, лучшим ответом на этот вопрос являются проведённые в свое время в Китае широкомасштабные эксперименты по поголовному уничтожению воробьёв. Китайцы считали этих птиц таким же злом, как крысы и мухи. Однако, уничтожив этих птиц, они уже через пару лет полностью лишили себя доходов от экспорта яблок. Их яблоневые сады были уничтожены вредителями плодовых культур. Дело в том, что все воробьи выкармливают своё потомство насекомыми, среди которых много вредителей.
