Первыми заметили приближение эскадры противника цеппелины Берга, методично бороздившие небо вблизи Лоустофта. Заняв предписанную им диспозицию, воздушные монстры кайзера Вильгельма терпеливо ожидали появления кораблей Гранд-Флита. Однако с появлением англичан они не собирались нападать на британские корабли, удосужившись лишь скромной ролью наблюдателей и корректировщиков. Генерал Берг сознательно вычеркнул их из числа активных участников начального периода сражения, и в этом был свой резон. Одно дело – уничтожение стоявших на одном месте линкоров, и совершенно другое заключалось в атаке движущихся целей. Поэтому Берг и Шеер пришли к мнению, что на этот раз дирижабли следует использовать только на добивание поврежденных во время боя кораблей противника, когда те потеряют скорость и станут легкой добычей ястребов кайзера.
Цеппелины Цвишена и Гримма молча пропустили корабли адмирала Эшби к Ярлмуту, не произведя по противнику ни единого выстрела. Они только известили эскадру Шмидта о приближении врага и вновь стали бороздить воздушные просторы.
Не встретив сопротивления врага и приняв в свою колонну линкоры из устья Темзы, адмирал Эшби уверенно приближался Ярлмуту. Да и как тут не быть уверенным в себе, когда численная пропорция линкоров составляла десять к шести в пользу британцев.
Едва только немецкие корабли стали видны, как английские наблюдатели сразу определили в них линкоры типа «Нассау», которые по своей мощности заметно уступали линкорам эскадры. Это, видимо, тоже послужило весомым аргументом для быстрого отступления немцев от Ярлмута.
Увидев подобные действия противника, Эшби намеревался атаковать вражеские корабли, но, опасаясь ловушки, он выслал вперед на разведку отряд миноносцев. Однако те не заметили в море дымы вражеских кораблей, возможно поджидавших англичан в открытом море. Ободренный этим известием адмирал с чистой совестью начал преследование.
Развернувшись в походные колонны, германские линкоры вместе с кораблями прикрытия пытались оторваться от противника, но все же вскоре были вынуждены вступить с англичанами в огневой контакт. Совершив удачный маневр перехвата, британские линкоры вышли на параллельный курс с неприятельской эскадрой, сосредоточив весь огонь по трем концевым кораблям. Это были «Гельголанд», «Остфрисланд» и «Ольденбург».
Именно по ним ударил могучий молот британских калибров, чьи комендоры в этот день стреляли на удивление хорошо. Уже после третьего залпа запылал концевой «Гельголанд», а после четвертого на «Остфрисланде» вырос огромный черный столб дыма. Положив столь хорошее начало, англичане поймали кураж боя, и на кораблях противника попадания стали идти одно за другим.
Немцы тоже не оставались в долгу, сосредоточив весь огонь на идущих во главе колонн «Агамемноне» и «Маджестике». Со второго залпа на «Агамемноне» была сбита мачта, а на «Маджестике» было отмечено попадание в носовую часть корабля. Дуэль между противниками завязалась не на жизнь, а на смерть, и каждая из сторон стремилась ответить на яростный залп врага своим не менее яростным залпом. Однако прошло двенадцать минут боя, и преимущество британцев в калибрах и кораблях все же сказалось. От огня противника «Гельголанд» и «Остфрисланд» потеряли часть кормовых пушек и заметно сбавили скорость. Кроме этого, на обоих кораблях бушевали пожары, и уничтожение германских линкоров было лишь вопросом времени.
Стремясь нанести противнику максимальный урон и стать победителем грозного Флота Открытой воды, адмирал Эшби приказал кораблям перенести часть огня с концевых линкоров на «Тюринген» и флагманский «Баден».
Прошло еще пять минут боя, и после очередного попадания «Остфрисланд» был вынужден покинуть общий строй кораблей с сильным креном на левый борт. Нещадно избитый вражескими снарядами линкор представлял собой ужасную картину. С бортов его струились густые волны черного дыма вперемежку с рыжими языками огня. Корабль лишился обеих мачт, одной трубы, а из разбитой башни левого борта безжизненно торчали стволы пушек. Бедственное положение линкора завершал сильный крен, из-за которого «Остфрисланд» рисковал в любой момент перевернуться. Ничуть не лучше было положение и у «Гельголанда». Его корма была окутана черным облаком дыма, сквозь который упорно пробивались выстрелы из единственного уцелевшего кормового орудия. Все это, вместе с пожарами на «Ольденбурге» и «Тюрингене», вселяло в адмирала Эшби уверенность в скорой победе.
В пылу боя британцы не придавали никакого значения множеству малых катеров, идущих вместе с отрядом эсминцев Шмидта. Расценив их как корабли поддержки, английские моряки только фиксировали их присутствие, сосредоточив весь огонь на своей главной добыче, линкорах императорского флота. Поэтому, когда катера неожиданно устремились в их сторону, британцы не придали этому особого значения, усмотрев в действиях противника лишь отчаянную попытку отвлечь губительный огонь линкоров на себя.
