Сценарий, где больные лепрой будут жить на острове, лечиться грязью вулкана, потому как никакого другого лечения и не было, носить военную форму, я напишу позже. По сценарию, наступившее "Новое Время", пригласив иностранные компании для разработки нефтяного месторождения на острове, будет пытаться выселить прокаженных. Я напишу сценарий и потеряю его. Он вдруг исчезнет из дома. Ремонт в квартире не переживет. И сдамся, приму единственное в таком случае решение: так оно, наверное, должно и быть. Но, так или иначе, сценарий мой будет связан с Х.П.
Ридан лежал лицом в подушку, но четко видел всех. Видел, как Х.П. поправляет волосы, скрывает ими небольшую язвочку с коркой на лбу, и его извиняющуюся улыбку, она сверкнула львиным оскалом и потухла. Он не стал делать никаких выводов, напротив, попытался побыстрее избавиться от аналогии с повестью Георгия Шилина "Прокаженные". Там у больных лепрой язвочки и львиный оскал. Нет, с Х.П. все в порядке. Просто у писателя Х.П. творческий застой. Можно ведь написать, например, о Камчатке и камчадалах, или взять и описать все, что происходит сейчас в данную минуту. Написать рассказ, не выходя из комнаты, накопает как картошку, отобьет у жизни, как горняк уголь в шахте. Начать можно с любого из нас: с Григория, например, с Риты, или даже с соседа из соседней комнаты. Он незримо присутствовал в комнате своей Далидой. Сосед слушал во всю мощь своего магнитофона Далиду. Веисага встретил этого шумного человека, когда тот только въезжал в общагу. Весь вид его говорил: "Встречайте! Встречайте меня, я приехал!" Так уже было однажды, на первом курсе, старшекурсник, уже печатавшийся в Москве студент-заочник с БАМа, К-цев с таким же апломбом появился в общежитии литературного института. "Москва визжала и пищала, Москва К- цева встречала!" К-цев ходил по коридорам общежития, читал всем стихи. "Читайте стихи друг другу, общайтесь, спорьте!" – наставлял он собратьев с младших курсов.
