…Тогда, отфутболенный Самим за появление в нетрезвом виде, летел высоко над океаном… Корабли крохотные были внизу… Ну, страшно!
Потом стал снижаться над нашими суровыми северными краями…
В мою избушку влетел… Нелли нету!
Стал быстро метаться по комнатам — так
Увидев меня — невидимого — жутко побледнела.
Потом вдруг жадно сглотнула: почувствовала
Но
…Больница для героев-подводников на Обводном переполнена была — героев у нас всегда навалом, поэтому «рожали» все вместе — так даже веселей.
Однажды как раз во время этой процедуры увидел через окно: вышагивают через двор лысый и седой — Алехин и Грунин!
Сердце заколотилось радостно. И тут в покое не оставят!
Главврач в палату ворвался:
— Заканчиваем, заканчиваем! Важные посетители!
Всех, кроме меня, выкатили в коридор.
Коньяк… конфеты. Ого!
— Ты тут не расклеивайся,— Грунин хрипит.— А потом,
Как это — если захочешь?!
— Работу тебе найдем!
Как это — найдем работу? А что же я — ее потерял?
А я-то приготовился сопротивляться коварным их планам!
Так что ж они?.. Неужто просто по-человечески зашли?
— Ну…
Недолго побыли! Алехин вообще ни звука не проронил! Ушли. А я остался, как девушка, которая к долгому сопротивлению приготовилась, а никто, оказывается, и не домогался ее!
Наутро Геныч с Ромкой пришли.
— Твоя глупость просто изумительна! — Ромка говорит.— Неужели ты
— И… что?
— Ну как — что? — Геныч усмехнулся.— Алехин твой виллу купил на Кипре. У этого попроще вилла…
Ромка обиженно отвернулся.
— Да и этот твой, Маркони американский, тоже поднялся, я думаю! — Геныч закончил.
Да, мистер Карпентер!.. А еще ВАСП!
— В общем…— Ромка меня добил: — Если вычесть их затраты на твое содержание и покупку, доход у них от всей этой операции — три процента!
— Три процента всего? — Я был убит.— За… три процента?
— У них на этот счет строго! — Ромка пояснил: — Доход выше пяти процентов вообще запрещен!
Ромка явно маялся, уйти рвался. Что-то ему здесь не нравилось… «Рожание слонов»?
— А ты что же?! — я к Генычу обернулся.
— Я выполнял свой долг! — мертвенно Геныч произнес.
— …Карточный! — Ромка усмехнулся.— В общем, выкинь всю эту дурь из головы — разведка, разрядка… чушь! Куда подаваться-то думаешь?
Я промолчал. Хотел только спросить у них: как там Нелли? Но у кого спрашивать?!
Выписался. По городу бродил. Увидел свое отражение в телефонной будке — в ужасе закричал. Потом все же взял себя в руки, сообразил: это не отражение вовсе — стекла нету; в будке… другой человек!
Да-а… Думал — хотя бы на войну работаю, а оказалось — на водку! А ты бы лучше хотел за коммунистические (капиталистические) идеалы геройски погибать? «В жизни всегда есть место ангелам»?
Приучили к этому наркотику! Время отвыкать.
Конечно, Грунин мог бы сказать: «У нас зато были идеалы!» …Да. Но какие?!
Постепенно успокаивался.
И три процента — чем плохо? Тоже деньги, хоть и не мои.
В Сонькину Губу на поезде добирался. Сначала все заводил себя, что должен мстить, но постепенно разомлел, пригрелся… Кому мстить-то? Друзьям?
Рядом со мной пышная, теплая женщина сидела, постепенно расстегивая вязаные кофты, одну за другой, все время что-то уютно говорила.
— Вы вообще слышите меня?
— Извините, задумался в тепле. Так что?
— Так я и говорю вам: чистый кавалер. На станции каждый раз встречает меня! Расписание знает!
— Кто, простите?
— Да Дюша мой!
— Какой, простите, Дюша?
— Ну, Дюша!.. Индюк!
А-а-а. Поглядел на нее.
Да она и человеку может понравиться!
— А где выходишь-то?
Оказалось — далеко. Закемарил от тряски. Резко просыпаюсь — трогает за плечо.
Сошли с ней на станции. Действительно! Стоит это тропическое чудо: индюк!
Увидел меня, кровавую кишку надул под подбородком, зашипел. А на кишке еще кисточка трясется… Янычар!
Остановился. Она кокетливо ко мне обернулась:
— Ну, ты идешь — нет? Рюкзак тогда мой надень!
И как всегда — обмишулился! В рюкзаке этом оказалась вся причина! Хоть индюк ее и кавалер, а рюкзаков не носит!
Игриво болтала со мной, пока шли, я распалялся, как индюк, и как всегда — промахнулся! Думал, это она меня разжигает, а она — индюка!
Маркела на них нету!
Зашли в избу, сели на скамейку. Скинул рюкзак. Двигаюсь — отодвигается!
— Так ты чего?
— А ты чего?
— Так ведь приглашала!
— И шо?
— Ну как «шо»?
— Да шобы я такому костлявому!
— Да где же я костлявый? Шелковистый, как таракан!
