— Где Дашка, знаешь, — бросила через плечо, даже не посмотрев.
— Нет, а разве её нет дома?
— Раз спрашиваю — значит нет, — огрызнулась, наливая чай. Удивил тот факт, что рядом с чашкой лег приготовленный бутерброд. — Завтракай, а то одна кожа да кости. Еще скажут, не кормлю, — и, заметив, что Оксана так и не сдвинулась с места, всё же посмотрела на неё, прекратив утренние сборы: — Чего уставилась? Садись! Или ты ждешь нотаций? А нет их, и не будет, поняла? Мне, если уж на то пошло, как-то фиолетово, где и с кем ты шлялась всю ночь. Принесешь в подоле — твоя жизнь. И так видно, что пойдешь по Жанкиным стопам.
Ксюша пришибленно смотрела на тётку, позабыв о чае. Та же, прекратив метаться по кухне, присела возле Александра.
— Но в свете последних событий, я вынуждена попросить тебя съехать. Желательно, до Нового Года. Сама понимаешь, тут стало слишком тесно.
— Я написала заявление на поселение в общежитие, — сказала приглушенно, так и оставшись стоять в дверях.
— Умница! — воодушевилась тётка. — Значит, совесть всё-таки имеется. Надеюсь, к зимним праздникам переедешь. А нет — покупаешь газету и флаг тебе в руки. Объявлений там море.
Дашка пришла через полчаса и с ходу завалилась спать. Не раздеваясь и не разуваясь. Проигнорировав вопли родительницы, закрылась в своей комнате и врубила на всю громкость музыку.
Тётя Аня, сколько не ломилась в её двери, сколько не просила открыть — так и не поговорила с дочерью. Всё это время Ксюша оставалась на кухне, не желая путаться под ногами. Александр не сводил с неё глаз, прислушиваясь к тёткиной ругани.
— Хочешь, я поговорю с ней и попрошу оставить тебя? — неожиданно выдал он, поглаживая аккуратную бородку.
— Не стоит, — сделала глоток остывшего чая. Всё и так к этому шло.
— Ты подумай, — поднялся из-за стола. — Жить в студенческих общежитиях — ещё те пытки. Особенно в первых двух корпусах. Здесь в разы спокойней.
Ксюша не выдержала, и решила озвучить то, что долгое время не давало покоя.
— Саш, а вам лично что за выгода? Зачем вступаетесь?
— А разве не понятно? Я думал, тебе не придется объяснять. Не догоняешь?.. Нет?
Как не старалась, не могла понять. Боится, что без неё с голоду подохнет или как?
— Ну, Ксюшенька, пошевели мозгами. Всё очень просто, — улыбнулся Александр, и проходя мимо, специально задел рукой её ягодицы. — Ты мне — я тебе. Чем я хуже твоих ухажеров? Только и того, что тачки крутые, а на деле — мираж. Пустышки. Будь я на их месте, знаешь что? Да я бы снял тебе квартиру и трахал целыми днями. А они ещё что-то думают…
После этого заявления Ксюшу окончательно переклинило. Ведь чувствовала, что что-то не так. А чего, собственно говоря, ожидала? Нормальный мужик с тёткой бы не жил. Как там, в Библии о ковчеге говорилось? Каждой твари по паре? Получается так.
— А вы не боитесь, что я сейчас пойду и расскажу тёть Ане о вашем предложении? — выпрямила спину, вскинув подбородок.
Он ехидно усмехнулся.
— Валяй. Всё равно никто не поверит. Я бы на твоем месте попридержал язык за зубами, если не хочешь оказаться на улице прямо сейчас.
— Вот это дааа-а, — протянула Ира, когда Ксюша рассказала о своих приключениях. — Тут от каждого можно ожидать чего угодно. Один предлагает перепихнуться, ничуть не заботясь, что в соседней комнате находится сожительница (а ведь казался самым адекватным). Другая — подсыпает наркотики в сок. Третья ради прикола уходит из дому, закрыв дверь на все замки. Что дальше?
Ксюша отвела взгляд, пряча в них не только не знание, но и ситуацию с Антоном. Хотела начать именно с этого, но потом, как-то перегорело. О чем говорить? Как запуталась в своих чувствах и не знает, чего хочет от жизни?
— Давай я с мамой поговорю, уверенна, она разрешит тебе пожить у нас пока решиться вопрос с общагой. Ксюх, тебе нельзя там оставаться, ты это понимаешь?
Понимать-то понимала. При чем, настолько чётко, что хотелось волосы рвать от безысходности.
— Ир, у вас двушка, куда ещё я? Плюс брат. Ладно, мы перекантуемся в одной комнате, а он? Неее… Не вариант. Я после защиты подойду к Коропу. Не знаю… буду просить чуть ли не на коленях, потому что уже всё… трындец полный.
Потом Ира порасспрашивала о вчерашнем праздновании дня рождения более подробно. Кто был? Что дарили? Как она себя чувствовала после таблеток?
— Хреново, — ответила Аврахова, прижавшись лбом к прохладному стеклу. Через пятнадцать минут её очередь представлять курсовой проект, а Денис так и не объявился. Без него презентация будет не полной. — Сначала пёрло капитально. Помню отдельные моменты, но… лучше бы их не вспоминала. Потом плохо стало. Тошнота, рвота. Ир, это такой позо-о-ор, — прикрыла лицо руками, а перед глазами она вчерашняя, скрюченная в три погибели и рвущая на траву, а рядом Денис, придерживающий её волосы. О том, что приснился и что потом последовало не осмелилась рассказать. И так было тошно. — Ещё и с Антоном поссорилась, — выдохнула в ладони. — По-дебильному всё как-то получилось…
