– Понял, – ответил я и, открыв ключом калитку, включил привод ворот.
Пока мы перетаскивали все в гостиную и укладывали вдоль стен, Никита прохаживался меж коробок с важным видом и с пластмассовым автоматом в руках – заступил на пост. Закончили, Григорий принялся чистить картошку, а я переоделся в обновки – теплые спортивные штаны и толстовку, вот, гораздо уютнее теперь.
– Слушай, получается, этот гопник уже заражен вирусом? – спросил я Иваныча.
– Получается так, – пожал плечами Григорий, сидя на стуле у раковины, поставив ведро между ног и тонко так счищая кожуру с картошки, – у меня вообще есть подозрение, что заражены все.
– С чего ты взял?
– Ну, это так, предположение.
– То есть, если я умру, то тоже восстану из мертвых? – тихо сказал я, подойдя к нему.
– Не знаю… Проверять не будем. Компьютер тут есть?
– Да.
– Ну, глянь, что там плохого.
Присев в кресло у журнального столика, «разбудил» ноутбук, а через двадцать минут закрыл…
– Все плохо.
– Не удивлен, – Иваныч поставил вариться картошку, – а что именно?
– Как снежный ком расползается зараза эта. Ты когда добирался сюда, много этих мертвяков-шатунов было на улицах?
– Попадались… Но люди убегали от них легко.
– А в той же Москве уже сменилась практически популяция, с живых на мертвых.
– Паршиво… Что делать будем?
– Пока посидим тут несколько дней, посмотрим за развитием ситуации… Пойду, кстати, за блокнотом поднимусь, да напарнику по смене позвоню.
– Думаешь, где-то по-другому?
– Вот и узнаю, что на Дальнем Востоке твориться из первых уст… Не понравился мне заголовок в сети – «Владивосток пал».
– Ну, если Москва пала, то Владивостоку сам зомбячий бог велел.
Поднялся в комнату, достал из сумки блокнот и, прежде чем выходить, задержался у окна и посмотрел на окна соседнего коттеджа… Ни хрена себе обед! В большом окне первого этажа была видна кухня соседнего дома, на полу которой не спеша, с чувством, толком и расстановкой, двое – мужчина и женщина, поедали кого-то третьего… или третью, не получалось разглядеть.
– Никита, как служба? – спросил я у мальчика, когда быстро сбежал по лестнице вниз.
Он в ответ кивнул и с важным видом снова зашагал по гостиной… Ну, пусть «служит».
– Иваныч, пошли со мной.
Григорий с минуту наблюдал картину из окна моей комнаты, потом быстро вышел и вернулся с одним из своих ружейных чехлов. Кинул его на кровать, расстегнул и достал «Вепря», набил пятизарядный магазин патронами из упаковки с надписью «.223 Rem», затем из кармашка чехла извлёк оптический прицел…
– Патронов жаль, всего две пачки, – прокомментировал он, – и то одна начатая.
Открыв окно, Иваныч прицелился…
– Бляха, молодые совсем, – с досадой произнес он и выстрелил.
Завалить удалось только одного мертвяка – коротко стриженого парня, девушка, точнее то, что раньше было девушкой, сразу как-то шустро переместилось из поля зрения на четвереньках.
– Того, кого они ели, тоже «проконтролируй».
– Нет смысла, – ответил Иваныч, – хорошо видно, что у него голова проломлена.
– А мертвячку эту видно?
– Нет… вот она, шустрая! Как макака скакнула из комнаты.
– Вон! – выставил я руку из окна.
Зомби была едва заметна, выглядывая из-за шторы соседнего с кухней окна, и смотрела на нас.
Бах! – снова выстрелил Иваныч и через секунду сказал:
– Вроде попал.
– Надо проверить этот дом.
– Нахрена?
– Не хочу соседей-зомби… А вдруг там еще кто остался?
– Ладно, потом проверим, вечером, а сейчас поедим, затем в хозяйственный магазин и на заправку.
– Хорошо, – ответил я, посмотрев на отрытую пачку с чешскими патронами, и спросил, – слушай, а охотничьи магазины есть неподалеку?
– Думаешь, они работают?
– Ну, не знаю… А патронов прикупить не помешало бы.
– Согласен, ладно, придумаем что-нибудь. Есть в относительной близости один магазин.
Закрыв окно и развернувшись, обнаружили в дверном проеме Никитку.
– Л-людоед? – спросил он, крепко сжимая в руках свой игрушечный автомат.
– Да, – сказал я ему правду, – соседи тоже превратились… Но Григорий Иваныч с ними справился. Идемте, обедать пора.
Дозвониться на Дальний Восток сразу не получилось – то извинялись и говорили, что линия перегружена, то просто сбрасывалось соединение, наконец-то после пятого набора пошел гудок…
– Да! Слушаю… – ответил Игорь, мой напарник и друг, а я включил телефон на громкую связь.
– У вас тоже? – сразу не стал я тянуть кота за причинное место.
– У нас еще не так, городок маленький, справляемся… Владик все, умер, там вояки только кое-как по своим частям сидят, но и то, не всегда удачно. Ребята рассказывали, что на шестом километре сделали что-то вроде лагеря спасения… ну и что ты думаешь? Ночью какой-то укушенный преставился, потом тихо перегрыз глотку соседу по койке, и пошло поехало… За ночь почти весь лагерь в мертвое царство за забором превратился…
– А у нас в городке?
– Шарахаются, но уже меньше, отстреливают… И заваруха была сначала с ментами, а сейчас вроде тихо относительно.
– По поводу чего заваруха?
– Так им же, как только все началось, указивка пришла – стволы у населения собрать.
– И?