– А кто вам сказал, что война будет объявлена всему государству светлых? Нет! Мы объявим войну конкретно роду «Серебряной росы». И королю и его совету придётся решать, как защитить провинившийся род. Бросить нам расправу он не может, а защищать крайне сложно. Послать сотню-другую «Белых львов» – это не сложно. Но сколько их держать в домене? Да и территории, где проживает этот род, наверняка не относится к подконтрольным королевскому роду. А когда мы соизволим нанести удар? Сколько он сможет держать свои войска на чужой территории? И наверняка возмутятся другие кланы и роды – почему их король не защищал при прошлых наших рейдах в Лес, чем они хуже?
– То есть король будет вынужден защищать опозорившийся род, который он с удовольствием отдал бы на расправу?! – я начал что-то понимать.
– Да. Ты наверно знаешь, что «Светлый лес», по сути, является конфедерацией, и княжества внутри нее имеют довольно высокую степень автономии? А стычки между кланами и родами, составляющими эти княжества, далеко не редкость. Вот только непонятно – не переложит ли король всю ответственность на князя местности, где проживает этот род. Тогда уровень склоки, что неизбежно возникнет, к сожалению, не достигнет размаха, который бы нас устроил.
– Но они же буду готовы к вашей атаке? Могут подстроить множество ловушек, и войска для подкрепления наверняка подготовят, – не понял полковник смысла в том, чтобы предупредить врага.
– Конечно, подготовятся. Но кто вам сказал, что мы ударим после того как наше послание будет доставлено королю? Удар, послание, большой переполох – и затишье. Пусть подёргаются, подумают – это была единичная операция или мы будем регулярно атаковать этот род, вырезая его под корень? Пускай посуетятся, а то что-то жить стали слишком спокойно, – улыбнулся лорд Гьеран.
– Вот вы где, господа! – посол устало вошел в обеденную залу. Виктор Геннадьевич был бледен, а на лбу залегла глубокая морщина.
– Как прошли переговоры? – обратился к нему полковник.
– Сложно. Никогда не соглашайтесь быть посредниками в торговых сделках – это нереальная морока. Когда каждая сторона пытается выкрутить руки оппонентам и при этом продавить выгодные для себя условия. Я уже более тридцати лет на дипломатической службе, но ещё никогда так сложно на переговорах не было.
– С нашей стороны был Наин? – спросил лорд.
– Да. Этот гном в основном и вёл торг. Ну и твердолобый тип! Просто голова пухнет. Вроде бы всё согласовали, как он возьми и выдвини новые предложения и – «На колу мочало, начинай сначала». И так несколько раз. Убить его был готов, честное слово!
– О! Должен вас поздравить – вы ещё долго продержались. Главного казначея мастера Наина мечтают прибить очень многие, и даже то, что он личный раб моего брата, не всех останавливает. Покушения устраивают с завидной регулярностью. Ибо этот гном отличается въедливостью и склочностью даже среди его соплеменников. Но одного у Наина не отнять – казначей он превосходный, все финансы нашего княжества проходят через его руки. И там образцовый порядок.
– Да. Это заметили и в столице. С нашей стороны переговоры со стороны министерства финансов сопровождал товарищ министра Юрий Фёдорович Кутейников. И он отметил, что будь его воля, он пригласил бы этого бородатого выжигу в минфин на службу, – с усмешкой сказал посол, тяжело усаживаясь за стол.
– Так договорились или нет? – продолжал пытать дядя Леша.
– Договорились. Завтра состоится передача, откроют портал и обменяются. Наши прислали координаты места, туда доставят шар, а дроу – шкатулки с пыльцой.
Все это Виктор Геннадьевич говорил уже с набитым ртом, поглощая обед с явным удовольствием.
– Вас во дворце что, не покормили? – удивился лорд, глядя на проголодавшегося человека.
– Пытались. Он ваш казначей отказывался прерываться и на просьбы Эрмалона вопил: «Я их сейчас дожму!» И взгляд такой бешенный, будто ещё чуть-чуть – и он в рукопашную бросится. Мне показалось, что даже мэтр Эрмалон его в такие моменты побаивается. Так что пришлось обходиться пешханским кофе и бутербродами.
– Очень похоже на Наин, – засмеялся Гьеран.
– А это что за господа? – спросил посол, только сейчас обратив внимание на незнакомые лица за столом.
– Это к нашему Александру родня приехала – узнать, как он поживает, – с улыбкой ответил полковник, почти дословно повторив то, что он сказал магу. Результат был схож – Виктор Геннадьевич подавился супом.
– Я что-то не расслышал, кто к кому приехал?! – откашлявшись, перепросил он.
– Не бери в голову, потом расскажу, – пресёк попытки разобраться на публике полковник.
– А-а-а, все уже в сборе! Прошу прощения у всех, я несколько задержался и не смог успеть к обеду. Великодушно прошу ещё раз меня простить! – громко заявил о своём приходе последний из отсутствующих сотрудников нашей миссии. Фадей Ильич был слегка навеселе и лучился благодушием.
– Сильно проигрался? – поинтересовался посол, у которого странное сообщение о моей родне не отбило аппетита.
