МАРКО ПОЛО
В ГОСТЯХ У ТЕТУШКИ
КЛИО
© 2019 – Сергей Эйгенсон (Марко Поло)
All rights reserved. No part of this publication may be reproduced or transmitted in any form or by any means electronic or mechanical, including photocopy, recording, or any information storage and retrieval system, without permission in writing from both the copyright owner and the publisher.
Requests for permission to make copies of any part of this work should be e-mailed to: altaspera@gmail.com or info@altaspera.ru.
В тексте сохранены авторские орфография и пунктуация.
Published in Canada
by Altaspera Publishing & Literary Agency Inc.
Об авторе.
Старый нефтяник, проработал в добыче нефти и газа три десятилетия, в
том числе двадцать лет на Самотлоре, служил два года офицером на
Дальнем Востоке, с 1998 года живет в США, в предместьях Чикаго.
Адрес текстов в Сети ht
/ .
О книге. Автор в школьные годы мечтал стать историком. Но не
сложилось. Тут несколько рассказов, написанных пенсионером-
нефтяником на исторические темы.
2
Оглавление
Формула для пассионарности стр. 4
Ноябрь и Июль или Пролетарская стр. 15
революция как логистическая кривая
Взлет и падение Испанской империи стр. 32
Математическая модель исторической стр. 40
системы с конкуренцией
Свобода, добытая в бою и потерянная после боя стр. 49
Тени за экраном стр. 66
Старая история из фашистской жизни стр. 82
Случай Бессарабии стр. 90
Судеты. 1938 и 1945 годы стр. 102
Прощание с Грумантом стр. 116
Как вермахт мог воевать шесть лет стр. 122
при дефиците нефти
3
КАК Я НЕ СТАЛ ИСТОРИКОМ
Есть такое понятие - любимый учитель. Вячеслав Тихонов в пустом
актовом зале за пианино после вдохновенного урока. Плятт в гриме
Ландау и окружении верных учеников и продолжателей. Бывает такое и
по жизни. Вон у нас же в городе была некогда в одной из школ Софья
Захаровна, учительница литературы и предмет поклонения всех
старшеклассников, а все старшеклассницы, как одна, с сигаретой в зубах
и короткой стрижкой a la Marina - "
любимых учителей: ни обожаемой словесницы, ни заботливого
академика-наставника в ермолке и с бородкой клинышком, ни покрытого
орденами и сединами ветерана боевой и политической подготовки, ни
даже захудалого потомственного вальцовщика, пролетария с длинными
усами, чахоточным кашлем и воспоминаниями об Юдениче и Кирове.
То есть, жизнь, конечно, учила и меня, но пользовалась совсем другими
посредниками, менее киногеничными. Хитрый, умный и злопамятный
"красный директор" с внешностью Серафима Огурцова вовремя сообщил
мне, что: "
алкаш с издевкой попросил распетушившегося от невыполнения его
приказаний лейтенантика: "
выучил не ставить подчиненным задачу, если не представляешь
детально, как ее можно выполнить. Проверяющий, старая министерская
крыса из техуправления, от которого я услышал: "
поезда "Хабаровск-Москва", второй секретарь горкома, жуликоватый
киевский профессор, бывший следователь-важняк, перешедший в
бандитскую фирму зиц-президентом ... . Мало ли чьими устами может
говорить Жизнь? Дело за тобой, умей слушать ее уроки и правильно их
понимать. Но, если говорить о любимом учителе, то, может быть, ближе
всего к этому понятию – вот как раз Василий Алексеевич Якимов.
Мой учитель истории в девятом и десятом классах. А самое большое