Сеньков, высмотревший всё, думал, что хан держит возле себя только охрану, но, помогая князю спуститься по лестнице на землю, вслух ничего говорить не стал. А сам Воротынский, сойдя с крыши, довольно долго стоял молча. Ему было не совсем ясно, что происходит. Пока он только знал, что ордынцы побывали у стен Белого города, но были отбиты, а вот где сейчас Большой полк и кто там дерётся с крутившимися у городских окраин татарами, предстояло выяснить. Князь уже послал туда людей, наказав прознать всё, что надо, и теперь ждал, какие они принесут вести.
Наконец Воротынский взмахом руки показал, чтоб ему подвели коня. Садясь в седло, он вдруг услыхал стук копыт, а потом и увидел несущихся по улице всадников. Это возвращались отчего-то припозднившиеся посыльные, и, едва они подскакали, князь нетерпеливо бросил:
– Что там?
– Да не больно ладно… – останавливая коня, старший из посланных перевёл дух и постарался всё изложить толковее: – Воевода Бельский на Варламской улице пищальников выставил, а сам Большой полк в поле вывел и там с татарвой сошёлся.
– С чего это?.. – удивился Воротынский. – И как скрутно там?
– Да вроде неладно запохаживает… Только там ведь такое дело… Дворяне серпуховские говорят, что они град-обоз поставили, а дальше на них, почитай, чуть ли не вся Орда навалилась… Ну и кто смог, назад в улицы прискакал, а остальные Бог весть…
– Из начальных людей кого видели? – спросил Воротынский.
– Не-а… – покачал головой старший.
Похоже, боярин не был доволен ответами посланца, и, когда его взгляд остановился на продолжавшем стоять рядом Сенькове, воевода чертыхнулся:
– Тьфу ты, запамятовал, ты ж, серпуховской, из того полка?
– Ну да, – подтвердил дворянин. – Воеводы Ивана Бельского.
– Вот и ладно. – Воротынский показал на своего посланца: – Поезжай с ним вместе, разберись, что с твоими стало, и живо назад.
– Я скоро, – заверил воеводу Сеньков, вскочил на коня и в сопровождении Ивашки поскакал вслед за посланцем, знавшим дорогу.
Впрочем, особо скоро не вышло. Москвичи перегородили улицы рогатками и раздвигали их только после того, как Сеньков начинал орать, что он от воеводы. Однако в одном месте и крик не помог. В ответ здоровенный детина пригрозил рогатиной и рявкнул:
– Чего разорался, серпуховской?.. Езжай как все к речке!
– А ты как прознал, что я серпуховской? – опешил Сеньков.
– Так все, кто от татар с поля бегёт, серпуховские, – пояснил детина и, указывая рукой, добавил: – Ну я и говорю, чтоб к речке, потому как там от огня полегче…
– Значит, и нам туда, – согласился Сеньков, заворачивая коня от перегородившей улицу рогатки.
Дворян у реки уже собралось достаточно. Многие, скинув паркие тегиляи, полоскались в воде, другие лежали, радуясь кратковременному отдыху, а третьи, видимо, только-только слезшие с сёдел, просто сидели на берегу, тупо глядя перед собой, будто ещё не веря, что им удалось уйти от ордынцев. Был здесь и младший воевода, который, стоя у самой воды, зачем-то хлестал по голенищу сапога нагайкой.
Сеньков сразу признал своих, и тогда бывший с ним посланец обратился к воеводе.
– Боярин Воротынский хочет знать, что сталось?
Воевода смерил посланца взглядом и медленно ответил:
– Думали наскочивших татар отбить, а тут вся Орда навалилась…
– Это все? – спросил посланец, прикинув, что у реки скопилось сотни три-четыре дворян.
– Нет, вон идут помалу, – и воевода кивнул на показавшихся из-за дома конников.
Всадники быстро приблизились, и дворянин, подъехавший первым, спрыгнул на землю. Борода у него была опалена, лицо в копоти, а взгляд – вообще как у затравленного волка. Глянув на остальных, выглядевших не лучше, воевода кинул:
– Ты кто?
– Начальный заставы, сын Чикин…
– Так… – воевода оценивающе посмотрел на дворянина: – Где князь, не знаешь?
– Нету князя… Мы скрозь огонь скоком шли… На него кровля горящая рухнула, – глухо ответил Чикин и принялся вытирать ладонью лицо.
Назад дворянин Сеньков и княжий посланец добрались быстрее. У рогаток горожане их пропускали беспрепятственно, но в нескольких местах огонь от пожаров перекидывался даже через улицу, и скакавший мимо Михайла, прикрываясь руками, против воли вспоминал, в каком виде Чикин возвернулся с поля. Однако всё обошлось, а вот по прибытии назад Сеньков удивился. Заняв всю ширину улицы, стоял пришедший сюда земский полк Воротынского, а сам князь, прикрываясь рукой от искр, густо летевших с ближнего пожара, высматривал, что делается впереди.
Подскакавшего Сенькова боярин, не опуская руки, спросил:
– Всё вызнал, серпуховской?
– Да, это они, – кивнул дворянин и стал торопливо объяснять: – Татары обошли полк стороной, и князь Бельский приказал град-обоз ставить… Только там вся Орда подошла…
– Понятно… – Воротынский опустил руку. – А князь Бельский где?
– Сгинул князь Бельский, – сокрушённо вмешался остановившийся рядом посланец. – Там сейчас младший воевода начальником. К нему несколько сот конных вышло, и ещё, как наказано, везде рогатки от татар выставлены.
